— Да, ты всё правильно понял. Иногда оно оседает у наших врагов. Но благодаря этому я обладаю весьма обширными связями и доступом к информации. Они всё равно достанут оружие, но лучше я буду об этом знать.
— И не будем забывать про доходы, которые ты получаешь, — резко заметил Джейсон.
— Они не так велики, в силу ряда причин, — с каменным лицом ответил Астон.
Джейсон обвёл взглядом бесконечные стеллажи и с лёгким вызовом в голосе произнёс:
— Банк, хеджевый фонд, инвестиционная компания, торговля оружием… Есть что-то ещё, о чём ты хочешь мне рассказать? Или на этом всё?
— Есть ещё кое-что по мелочи, но в основном всё. Тем более что с оружием не всё так однозначно. Пойдём, поговорим в более удобном месте.
Они вышли обратно в погрузочную зону, откуда Дэниел проводил Джейсона в располагавшийся на втором ярусе небольшой кабинет.
— Это всё принадлежит не мне, — сказал Астон, когда дверь закрылась за ними. — Я только контролирую, развиваю и, разумеется, получаю свою долю доходов. На самом деле всё началось очень давно. У моего деда, того самого последнего Ламберга, — Дэниел чуть помедлил, произнося злосчастное имя, — было две дочери. Младшая вышла за моего отца с одобрения деда. А старшая задолго до того познакомилась в Париже с каким-то богемным художником, американцем, вышла за него замуж и уехала в Нью-Йорк. Всё это произошло ещё до моего рождения, но, по рассказам, дедуля был просто в бешенстве, рвал и метал, лишил дочь содержания и вычеркнул из завещания. Потом он сменил гнев на милость, но всё равно практически всё его состояние перешло моим родителям. Эта моя тётя, Ванесса, прожила со своим мужем совсем недолго: он умер, кажется, от передозировки наркотиков. Во второй раз она оказалась умнее и вышла замуж за крупного бизнесмена, миллионера, намного старше её и уже с дочерью от первого брака. Наши семьи много общались — мы с Робертом гостили у кузенов в Америке, они приезжали к нам. Второй муж Ванессы занимался оружием, не торговлей, а производством. У него были крупные правительственные контракты, он скупал акции других производителей, в общем, дядя был очень деятельным. А вот его дети не унаследовали ни предпринимательской жилки, ни желания работать сутками. Может быть, они были не так плохи, как ему казалось, но они на самом деле не были способны взять семейное дело в свои руки. Они особо и не стремились, им было достаточно получения доходов. По завещанию компания перешла к трастовому фонду под управлением моего отца, который тоже был в числе бенефициариев. Когда отец отошёл от дел, мы потеряли контроль над фондом на два года. Я был тогда довольно молод и не вызывал доверия у руководства. Вернуть фонд себе было непросто, но я это сделал… Вернее, мы. Мне очень помог Макс Эттинген. Пока у руля стоял отец, он совершенно перестроил компанию. Она перестала быть просто производителем оружия и сильно развилась. Развилась в торговую сеть, настолько эффективную, что ей стали пользоваться другие производители.
— Я понимаю, — сказал Джейсон. — У твоего отца уже была небольшая финансовая империя. С её помощью он мог проворачивать какие угодно сделки.
— Да, какие угодно… Не всегда законные, но всегда абсолютно безопасные для участников. А главное — доходы росли, и никому не было дела больше ни до чего.
— Дэниел, я правильно понял? — спросил Джейсон. — Ты участвуешь в незаконной торговле оружием и отмываешь для участников деньги, полученные от неё.
— Мне всегда нравилось, что тебе не нужны долгие объяснения, — усмехнулся Астон.
Джейсон побледнел и уставился остекленевшими глазами куда-то в пол:
— Я не могу в это поверить… Зачем тебе это? Ты получаешь лишь каплю от доходов.
— Даже капля не так уж мала, честно говоря, — вставил Дэниел.
— Всё равно. У тебя и без того было всё, что только можно купить за деньги.
— Дело не только в деньгах. Это власть и контроль.
— То, что доставляет тебе удовольствие, как ничто другое, — тихо произнёс Джейсон. — Но последствия… Ты думал о них?
— Я очень осторожен. Формально я не управляю фондом, лишь являюсь его бенефициарием. Только единицы в руководстве знают настоящее положение дел. Поэтому я здесь под вымышленным именем. Честно говоря, я мало занимаюсь текущими делами и производством. Я направляю развитие, решаю некоторые щекотливые вопросы, контролирую…
Астон хотел сказать что-то ещё, но Джейсон его пребил:
— Что ещё? Что ещё я должен о тебе узнать? Наркотики? Проституция?
— Нет, ничего из этого. Хотя, несомненно, среди моих клиентов есть люди, занимающиеся этим в глобальных масштабах. Но очень немного. Это не моя специализация.
— Зачем ты рассказываешь всё это мне? Что мне с этим делать теперь?
— Ничего. Я рассказываю это тебе, потому что знаю, что могу рассказать. Ты примешь это.
— Не слишком ли ты многого от меня хочешь? — сказал Джейсон, поднимаясь с кресла.
Дэниел тоже встал и подошёл к нему вплотную.
— Только то, что ты можешь мне дать. Я знаю, что это не испугает тебя. Ты всё равно останешься со мной.
— Да, останусь, — полушёпотом произнёс Джейсон. — Даже теперь…
