— Я никогда бы не рассказал этого жене… — начал Дэниел.
— И что? Я должен чувствовать себя польщённым этой высокой честью? — Джейсон вскинул голову: первоначальный шок прошёл, и в голосе зазвенела злость.
— Я верю тебе. Ты хотел доверия, помнишь? Я хочу быть честным с тобой.
— Тогда будь честным до конца. Скажи мне правду. Я её уже знаю.
— Джейсон, я понимаю, что для тебя это могло оказаться слишком сильным…
— Я знаю, почему ты на самом деле показал мне всё это, — отрезал Джейсон. — Твоё доверие ко многому меня обязывает, так?
— Доверие — это палка о двух концах, Джейсон, — ответил Астон, признавая его правоту. — Я и свою жизнь отдаю в твои руки.
— Нас нельзя сравнивать. Тебе стоит лишь пальцем шевельнуть, чтобы избавиться от меня. С таким-то арсеналом, — горько усмехнулся Джейсон.
— Не смей! — сквозь зубы прорычал Астон. — Как ты посмел подумать такое? После всего…
— Ты знаешь, — холодно бросил Джейсон. — Я учитываю все варианты.
Он развернулся и пошёл к двери.
— Я хочу уехать отсюда. Не могу здесь находиться.
— У меня есть дела. Мы вылетаем в шесть вечера.
— Я хочу уехать, — повторил Джейсон. — Я не хочу ничего этого знать. Ни про оружие, ни про деньги. Ничего. Зачем ты показал мне всё это? Зачем? Зачем ты делаешь это со мной?
Дэниел взял его за плечи и встряхнул:
— Я могу повторить лишь то, что говорил раньше: ты останешься со мной до конца. Для тебя не изменилось ровным счётом ничего.
Он открыл дверь в коридор и приказал:
— Хиршау, вернитесь с Джейсоном в самолёт и ждите меня там.
Джейсон, ни слова не сказав и даже не подняв на Астона глаза, вышел из кабинета.
Когда они сели в машину и отъехали от склада, Хиршау спросил:
— Что вы опять натворили, мистер Коллинз?
— Я? — переспросил Джейсон. — Ничего. Это очередные манипуляции вашего босса.
— Он никогда и никому не рассказывал про это. Даже из охраны знают только три человека и Эдер. Вы понимаете, о чём я?
— Вы, вероятно, о высоком доверии, оказанном мне, — безжизненным голосом ответил Джейсон. — Разве вы не понимаете, почему Астон сделал это? Теперь я не могу уйти от него.
— А вы что, собирались? — холодно парировал Хиршау.
— Сегодня нет, но я не знаю, что будет через год.
Хиршау молча смотрел на дорогу.
Джейсон был погружён в свои мысли. Да, он не собирался уходить от Дэниела… Их отношения были тяжёлыми, болезненными, неустойчивыми, но он ими дорожил. И он был с ним, потому что таков был его выбор.
Но этому ненасытному человеку всего было мало. Он добровольно отдал ему свои свободу, преданность и любовь. Но этого было мало, мало, мало… Добрая воля — слишком ненадёжные цепи. Теперь же он связан с ним навсегда. Дэниел намеренно посвятил его в свои самые опасные тайны — торговлю оружием и связи с разведкой. Теперь он слишком много знает, и ему никогда не будет позволено уйти. Да он и не станет пытаться. Он прекрасно понимает, что для него нет жизни без покровительства Астона. Многие осведомлены, что он очень близок Дэниелу и посвящён в его дела, и стоит ему оказаться без защиты, на него тут же набросится свора хищников. Тот показал ему, с кем он имел дело: люди, поставляющие оружие наёмникам и террористам, не станут церемониться и выжмут из него всё до капли, а потом им останется только избавиться от тела.
Он живёт, только пока принадлежит Дэниелу.
И сейчас Джейсон под другим углом видел всё то, что происходило в последние месяцы. Когда Астон выводил его в свет на все эти бесконечные деловые ужины и приёмы, он демонстрировал окружающим особую близость их отношений. Позволяя Джейсону присутствовать на закрытых встречах и при самых конфиденциальных разговорах, он давал понять, что не скрывает от него ничего. Теперь все — и друзья, и враги — знали, что новый любовник входит в самый узкий, самый доверенный круг Астона. Только тогда Джейсон не представлял, каковы эти друзья и враги.
Он был так наивен. Весь этот спектакль предназначался не только для партнёров по бизнесу и конкурентов, но и для него самого: помни, что все знают, кто ты для меня.
У него в памяти всплыло, что говорила когда-то Прим. Даже если у тебя будет всё, чтобы начать прекрасную новую жизнь: свобода, документы, деньги — ты и тогда не уйдёшь. И вот теперь у него всё это есть. Но он не уйдёт. И не только потому, что побоится сделать это. Потому что он любит. Больше самого себя любит этого жестокого и страшного человека. И любовь приковывает его к Дэниелу сильнее, чем страх.
«Что я сделал со своей жизнью? — думал он. — Что
Когда они вернулись в самолёт, Джейсон спросил у телохранителя:
— Раз уж оказалось, что вы связаны с криминалом, Хиршау, скажите, это правда, что состоятельные люди могут купить себе рабов?
— С такого рода криминалом мы не связаны, — ответил Хиршау, бросив на Джейсона слегка удивлённый взгляд. — И для этого не нужно быть состоятельным. Владельцы самых захудалых борделей, бывает, держат в рабстве по несколько женщин.
— Я имел в виду другое, специально обученных людей, которые переходят в личное пользование одного человека. На них не пытаются зарабатывать. Они просто красивые игрушки.
