— Я учусь в Лондоне, но я американец.
— Я австриец, но теперь буду жить в Брюсселе. Приехал неделю назад. Новая работа. Генеральный директорат по торговле.
— Поздравляю, — сдержанно сказал Джейсон.
Они проговорили до конца завтрака на нейтральные темы. Клари оказался приятным собеседником и, что радовало, был достаточно хорошо воспитан, чтобы не задавать личных вопросов. Говорили они в основном о том, на что можно было посмотреть в Брюсселе и окрестностях. Клари приступал к работе в середине августа, но приехал заранее, чтобы посмотреть на город и найти подходящее жильё. Сейчас он временно жил в квартире тётки, которая проводила лето в Швейцарии.
В последующие дни они завтракали вместе ещё дважды. Австриец постепенно стал казаться Джейсону довольно симпатичным. Он собирался в один из дней ехать в Гент и даже пригласил Петера с собой, но тот отказался — у него на этот день были другие планы.
Потом с Кап-Ферра[15], где у них с Камиллой была собственная вилла, приехал Астон. Три дня он работал, оккупировав маленький кабинет в квартире Джейсона. Тот по мере возможности пытался придерживаться намеченного расписания, но присутствие Дэниела путало все карты: по утрам он выбирался из постели гораздо позже, днём должен был возвращаться домой для обеда с Астоном, а в один из вечеров ему вообще пришлось отсидеть длинный ужин с несколькими высокими чинами из Европейского Инвестиционного банка, некоторые из которых специально приехали в Брюссель из Люксембурга. От ужина Джейсон пытался отвертеться всеми возможными способами — и не потому, что ему это не было интересно, — наоборот, он понимал, насколько редкая возможность ему предоставляется: оказаться за одним столом с лицами такого ранга и услышать не их официальные заявления, а разговоры в узком приватном кругу. Он просто считал своё присутствие там неуместным, даже наносящим вред репутации Астона. Но с Дэниелом, как всегда, спорить было бесполезно; он не принимал возражений, он просто требовал соответствующе одеться и ехать с ним на ужин.
Джейсон от всей души надеялся, что его в очередной раз примут за секретаря или ассистента. Он не участвовал в общей беседе, но разговор с соседкой по столу намеренно свёл на финансовые темы, чтобы у неё не появилось шанса поинтересоваться, а кто он, собственно, такой. Он сильно рисковал: его знаний студента первого курса и незначительного клерка в инвестиционном фонде явно было бы недостаточно, углубись та леди в действительно серьёзные темы. Но их краткая беседа коснулась достаточно общих рыночных тенденций.
Последний день перед отъездом у Дэниела был свободным, и они провели его вместе, в основном гуляя по старым улочкам Брюсселя. Джейсон совсем недавно бродил по этим местам, но с удовольствием повторил тот же маршрут.
На обратном пути они остановились полюбоваться на высокую башню ратуши и Джейсон тихо произнёс:
— Жаль, что тебе надо уезжать. Я бы с удовольствием провёл с тобой вот так всё лето.
— Я бы провёл так всю жизнь, — ответил Дэниел, глядя в небо. — Ты даёшь мне покой, рядом с тобой я понимаю, что мне, в общем-то, не так много и надо от жизни.
— Покой… Так ты скоро заскучаешь со мной, — шутливо упрекнул его Джейсон.
— Нет, это другое, не скука, как раз наоборот. Всё, что было до тебя, было словно ненастоящим. Как прикосновение к онемевшей руке: я всё ощущал, но словно через пелену. А чувство к тебе — оно вонзается прямо в сердце. Это больно, но никогда в жизни я не знал ничего ярче и прекраснее.
Джейсон стоял, слегка покусывая нижнюю губу.
— Это несправедливо: я не могу… не умею говорить о том, что чувствую. И ты не знаешь…
— Я всё знаю, — посмотрел ему в глаза Дэниел. — Мы уже год вместе, я научился понимать тебя, пусть и не до конца.
— Не знаю, смог ли бы я быть с кем-то другим так счастлив, как с тобой.
Лицо Дэниела мгновенно изменилось:
— Я надеюсь, тебе не придёт в голову проверять это, — жёстко сказал он. — В твоей жизни не будет никого, кроме меня.
Джейсон, уже не удивлявшийся этим странным вспышкам ни на кого не направленной ревности, лишь чуть склонил голову на бок и усмехнулся:
— Посмотрим, что ты скажешь через десять лет или даже через пять. Я не долго пробуду молодым и красивым мальчиком, в которого ты влюбился.
— Джейсон, у тебя коэффициент интеллекта 180, но в некоторых вещах ты совершенно ничего не понимаешь, — рассерженно заявил Астон и, развернувшись, направился в сторону улицы инфанты Изабеллы, где они оставили машину.
Джейсон поспешил за ним следом.
— Извини, я не хотел, чтобы это так прозвучало. Я не ставлю под сомнение твои чувства! Просто всякое бывает и…
— Иногда, — Дэниел остановился и повернулся к Джейсону, который чуть не налетел на него, — иногда мне хочется, чтобы вот тут, — он бесцеремонно ткнул Джейсона пальцем в лоб, — было чуть поменьше мозгов. Ты слишком много думаешь для своего возраста.
— Но тогда бы ты мной не заинтересовался. Я же знаю, что на самом деле ты влюбился в мои отчёты.
