— Чёрт… Я не подумал. Неделя была просто жуткой, я уже ничего не соображаю. Еду в аэропорт, попробую поспать в самолёте хотя бы час.
Джейсон встал с постели и пошёл в ванную. Он знал, что уснуть ему теперь не удастся.
Этой осенью Дэниел много времени проводил в разъездах, и Джейсон почти всё время сидел дома за учебниками. Секретарской работой его тоже мало загружали. Он опять вернулся к ежедневной игре на фортепьяно и стал регулярно заниматься с преподавателем.
Дэниел приезжал на два-три дня и вновь исчезал. Даже пока он оставался в Лондоне, то много работал, возвращался домой поздно ночью, падал на кровать и засыпал, прижав к себе Джейсона.
Когда Джейсон приехал на Уилтон-кресент, Дэниел уже сидел в своём кабинете за ноутбуком.
— Я думал, ты собирался отдохнуть дома, — улыбнулся Джейсон, подходя к столу.
— Да, собирался, но сейчас такой период…
Дэниел встал из-за стола и начал целовать Джейсона, прижав его к себе. Тот с готовностью ответил, запустив пальцы в тёмные волосы Дэниела.
— Это лучше всякого отдыха, — произнёс тот, отрываясь. — Но сейчас не время… Подожди до вечера. Кстати, я привёз тебе подарок.
Дэниел взял с дивана пакет и протянул Джейсону. Внутри была элегантно оформленная коробка, почти невесомая, как будто бы пустая. Джейсон раскрыл её и приподнял лист тонкой шуршащей бумаги.
— Он… необыкновенный. Спасибо!
— Да, я подумал, что тебе должно понравиться, — улыбнулся Дэниел.
Джейсон аккуратно вынул из коробки тончайший серый кашемировый свитер.
— В бутике сказали, что настолько тонкий и нежный кашемир делают только они. Прядётся из шёрстки совсем молодых козлят… Или ягнят. Не помню.
— Я на самом деле ничего подобного не видел, — сказал Джейсон, проводя рукой по невероятно мягкой шерсти.
— Я не знал, какой выбрать цвет. Надеюсь, хоть к чему-нибудь подойдёт.
— Да, конечно!
— Отлично! Я боялся, что если выберу не тот оттенок, то тебе, с твоей придирчивостью, придётся покупать к нему всё — от рубашки до ботинок.
— Не такой уж я и придирчивый… Хотя… Ты знаешь, я недавно видел одни часы, «Вашерон Константин», они бы идеально к подошли к этому свитеру. Семьдесят семь тысяч фунтов.
— Купи, если тебе хочется…
— Дэниел, я сказал это в шутку, — почти обиженно ответил Джейсон. — Неужели ты поверил, что я собираюсь покупать часы специально к свитеру?
— Почему нет? У тебя к часам страсть. Если тебе это доставляет удовольствие — пожалуйста, развлекайся…
— Ты меня избалуешь, — сказал Джейсон, укладывая свитер обратно в коробку. — Я превращусь в ненасытное чудовище и разорю тебя.
— У меня ещё осталась в запасе пара десятков миллионов, — Дэниел обнял Джейсона сзади и начал покрывать лёгкими поцелуями его шею. — Надеюсь, на часы хватит. Зато я всегда знаю, какому подарку ты будешь рад.
— Я буду рад любому, — Джейсон откинул голову назад и сильнее прижался спиной к Астону.
— Хм… Насчёт подарков, — пробормотал Дэниел. Он зарылся лицом в короткие густые волосы Джейсона, и тёплое дыхание сейчас приятно щекотало тому затылок. — Ты уже думал про рождественские каникулы? Видел, что я на неделю уезжаю в Австрию?
— Конечно, я видел твоё расписание. Я пока не уверен, поеду ли куда-нибудь.
— Не собираешься же ты просидеть всё это время в одиночестве в Лондоне. Возьми «гольфстрим», слетай куда-нибудь, где хорошая погода.
— Я думал разве что о Бостоне.
— Ностальгия? Или хочешь повидать друзей?
— Я много лет там не был, а друзья… Из друзей там только семидесятилетний профессор и его жена. Но они собирались ехать на несколько дней к детям в Нью-Йорк.
— И что ты там планируешь делать в полном одиночестве? — спросил Дэниел, выпуская Джейсона из объятий.
— То же самое, что делал бы в любом другом месте. К тому же, у меня всегда есть рядом чудесные общительные телохранители, — усмехнулся Джейсон. — Мне на самом деле будет приятно увидеть город, где я вырос. Посмотреть, изменилось ли что-нибудь.
— Если подумать, я бы тоже туда съездил, — произнёс Дэниел. — У тебя есть там любимые места?
— Да, несколько. Самое любимое — площадь Копли. Я мог подолгу там сидеть. А когда был совсем маленьким, то мечтал, что буду жить прямо там, в Хэнкок-билдинг, на самом верху.
— Мне тоже это место нравилось. Но я никогда не любил жить на высоте, в пентхаузе, например. Предпочитаю быть ближе к поверхности земли.
— Я мечтал об этом в пять лет! Потом мои вкусы слегка изменились, сейчас я бы выбрал Коммонвелс-авеню.
— Большая шумная улица, — поморщился Астон. — Что там хорошего?
— Нет, самое начало, возле Бостон Коммон[21]. Та часть, которая примерно на уровне Копли.
— Похожая на парижские бульвары? Да, приятное место, — согласился Дэниел. — Я подумал, что мы с тобой много лет назад жили в одном городе, возможно, даже где-то рядом.
— Мы переехали в Кембридж, когда мне было около четырёх лет, — прикинул Джейсон. — Ты как раз в это время должен был учиться в Гарварде.
— Да уж, я учился в университете, а ты ещё даже в школу не ходил, — хмыкнул Дэниел.
— Я в неё вообще не ходил, за исключением одного короткого и неудачного эксперимента.
