— До начала следующего года точно можно ничего не предпринимать. Я рассчитывал, что в это время юристы уже будут прорабатывать финальную версию контракта, но у нас до сих пор нет согласия владельцев.
— Но мы его получим?
— Получим, — уверенно кивнул Астон, — только какой ценой… Этот Ридж настойчивее, чем я думал. Недавно в нашем терминале были проблемы с разгрузкой. Эдер предполагает, что это его рук дело — пытается нам навредить.
Анна ван Бредероде нахмурилась:
— Неприятный тип. Надеюсь, Эдер знает, как с такими иметь дело.
— Эдер знает, как справиться с людьми и похуже. Плохо то, что если заключение сделки отложится, выплаты могут совпасть по времени с выплатами в Сингапуре, если мы, конечно, договоримся с Чэном. Он уже почти согласился продать мне свой карманный банковский бизнес.
— Это больше полутора миллиардов почти одновременно.
— Я и так собирался избавляться от некоторых активов. Боюсь, что в следующем году они обесценятся. Так что можно пожертвовать ими уже сейчас.
— Да, мы это обсуждали, — задумчиво произнесла, — но избавляться разом от такого количества облигаций…
— Я знаю, на это обратят внимание и неизвестно, какие выводы сделают. Отдел Дюруа разработал несколько вариантов того, что мы можем предпринять. Я всё же хочу продавать непрофильные активы, например, пакет акций «Рингер Фарма» покроет половину расходов. Фармацевтическая промышленность совершенно вне сферы моих интересов. У нас есть место в совете директоров, но влияния мы там абсолютно никакого не имеем и вообще плохо понимаем, что происходит. Этим надо или заняться вплотную, или продать. Сейчас цена будет очень хорошей.
— Но зачем-то эти акции покупались.
— Их купил мой отец ещё до моего рождения. И не думаю, что у него был какой-то план, просто очередное вложение, довольно выгодное. Дивиденды все эти годы были хорошими. Отец купил этот пакет за тридцать миллионов долларов, а я реализую его за восемьсот.
— Примерно за семьсот пятьдесят, — вставил короткую реплику Джейсон, — в следующем году, когда объявят прибыли, стоимость ещё подрастёт, скорее всего.
— Найти покупателя — точно не проблема, — заметил Дэниел. — Проще всего предложить весь пакет семье Рингер.
— Ты не рассматривал возможность продать его Чэну? — спросил Джейсон.
— Чэну? — недоумённо переспросил Астон. — С какой стати именно ему?
Джейсон пожал плечами:
— Поманить его вкусной косточкой, он тогда охотнее пойдёт на уступки, — заметив непонимающий взгляд Дэниела, он добавил: — Извини, возможно, я не совсем разобрался в ваших с ним запутанных проектах…
— Нет, проекты ни при чём. Я не понимаю, с чего вдруг он станет покупать у меня акции «Рингера». Фармацевтика интересует его ещё меньше чем меня, тем более, компания в Германии.
— Он контролирует «Формоза Кемикалс», китайскую компанию, и поэтому…
— Я первый раз слышу, чтобы он имел к ней какое-либо отношение, — прервал его Дэниел.
— Он это не афиширует, но по косвенным признакам это понятно, например, по контрактам, которые они заключают, и другим вещам. Я почти на сто процентов уверен. И это логично: у Чэна нефтеперерабатывающие предприятия в Сингапуре и Китае, он просто продлевает цепочку. Я не удивлюсь, если узнаю, что он прибрал к рукам ещё парочку химических компаний.
— Откуда ты это знаешь?
— Ты поручил мне документы по Комптону, планы по продаже акций «Рингер Фарма» относятся туда же. Я немного поизучал вопрос — какой сейчас спрос на акции фармацевтических компаний, за сколько их можно продать, насколько быстро, кому. Так и наткнулся на эту «Формозу».
— Почему ты мне не говорил?
— Я думал, ты знаешь, — спокойно ответил Джейсон, но в глазах его на секунду промелькнула растерянность, которую не преминула заметить пристально смотрящая на него Анна ван Бредероде. — У тебя же целый отдел только Чэном и занимается.
— Ты сможешь подготовить письменное обоснование по «Формозе»?
— Конечно, завтра тебя устроит?
Астон рассержено звякнул вилкой о тарелку.
— Интересно, почему целый отдел не заметил того, что ты нашёл, лишь поизучав «Рингер»? Я плачу толпе идиотов.
Джейсон поёжился, представив, что завтра ждёт Барнера, ответственного за Юго-Восточную Азию и, в частности, за дела с Чэном.
— И как нефтепереработка и химические предприятия Чэна связаны с «Рингером»? — спросила ван Бредероде, явно с целью увести разговор в другое русло.
— Они производят не только пластики или топливо, но и сырьё для фармацевтической промышленности, — пояснил Джейсон.
— А «Формоза» купила крупный завод в Испании, который как раз его и производит. Меня та сделка особо не заинтересовала, но в своё время она наделала шуму, поэтому я её и запомнил, — добавил Дэниел. — Перспективы фармацевтического рынка в Китае и Юго-Восточной Азии в целом очень неплохие. В действиях Чэна явно есть логика. Просто для меня это оказалось неожиданностью, чего никак не должно было быть.
