— Возможно, — согласился Крамер, — охотно верю. Но я так и не рискнул положить голову в пасть льва.
— Напрасно, вам нечего было опасаться. Он честен — разумеется, до тех пор, пока честны с ним.
Двери в соседний зал, где были накрыты столы, уже несколько минут как распахнулись, и это показалось Джейсону вполне уместным предлогом, чтобы не продолжать разговор. Он приехал на другой континент совсем не для того, чтобы вести беседы о ненавистном Астоне.
Джейсон сидел за столом вместе с профессором Ванштейном, его женой и несколькими его коллегами. Оглядевшись по сторонам, он увидел, что Стюарт Крамер занял место неподалёку от него: через стол по диагонали. Когда Джейсон через несколько минут повернулся в сторону сцены, на которую поднялся первый выступающий, то заметил, что Крамер смотрит на него.
Под этим пристальным взглядом Джейсону становилось неуютно. Было в нём что-то излишне цепкое, властное… что-то напоминающее Дэниела. Джейсон не был удивлён, что Крамеру не понравился Астон: двух альфа-самцов нельзя оставлять на одном клочке земли.
Выступающий тем временем произносил одну за другой благодарности всем причастным к строительству нового корпуса. Через несколько минут он добрался и до профессора Линдхельма. Все сидевшие за одним столом с Джейсоном приняли умеренно-скорбный вид. В речи перечислялись многочисленные заслуги и научные достижения профессора, затем рассказывалось о его существенном пожертвовании университету, а потом выступающий объявил, что на открытие нового здания из Лондона приехал сын Дэвида Линдхельма. Джейсону, подталкиваемому Ванштейном, пришлось приподняться со стула, чтобы все присутствующие могли удовлетворить своё любопытство.
Джейсон поспешил сесть на место. Перед этим он успел заметить повернутое к нему напряженное и удивлённое лицо Крамера. Красивое лицо, если подумать… Тонкий нос, высокие скулы, чётко очерченные, словно вырезанные из камня губы. Зеленоватые глаза были глубоко посажены и прикрыты тяжёлыми веками, отчего взгляд казался пристальным, почти гипнотическим. Его привлекательность было легко объяснить, разобрать по чёрточкам, и этим он сильно отличался от Астона, который не был особенно хорош собой, но умел нравиться благодаря уверенности в себе и внутренней силе.
После первой перемены блюд Джейсон поднялся из-за стола. Пожалуй, ему лучше было вернуться в гостиницу. Вечер выдался не настолько приятным, как он рассчитывал. Подумать только, он прилетел сюда из Европы… Чего ради? С другой стороны, у него остались ещё два дня здесь, два свободных прекрасных дня без работы в офисе и бесконечных переездов. И без утомительных приёмов тоже.
Главный вход находился в противоположном конце зала, и ему потребовалось бы пройти через всё помещение. Джейсон заметил неподалеку от своего стола ещё один выход, рядом с которым очень кстати стоял официант. Джейсон подошёл к боковым дверям и попросил официанта открыть их. Тот немедленно достал из кармана пластиковую карточку и приоткрыл перед ним дверь. Как Джейсон и предполагал, дверь вела в тот же зал, где начинался приём, только в самый дальний его конец. Никого из гостей там не было, только кое-кто из обслуживающего персонала что-то убирал и подправлял.
Джейсон почти пересёк зал, когда услышал, как его окликнули. Он обернулся: его догонял Крамер, быстро, но бесшумно двигаясь по покрытому толстым ковром полу.
— Вы что-то хотели, мистер Крамер? — Джейсон учтиво-равнодушным взглядом смерил мужчину.
— Это было неожиданно, — ответил тот. — Я никогда бы не подумал, что сын такого человека, как Линдхельм…
Крамер замолчал на полуслове, поняв, что начатая им фраза может закончиться только бестактностью.
— Окажется мальчиком на содержании у банкира? — помог ему Джейсон, открыто и спокойно глядя на Крамера.
Тот отвёл глаза:
— Нет, я совсем не это хотел сказать. И я не осуждаю вас. Я был знаком с профессором Линдхельмом. И я немного знаю вашу историю, потому что это был как раз мой первый год в попечительском совете. Я знаю, что отец оставил вас без средств к существованию…
Губы Джейсона насмешливо изогнулись: возможно, ему была нужна чья-то жалость семь лет назад, но не теперь.
— Не беспокойтесь, мистер Крамер, мне не приходилось продавать себя за кусок хлеба.
Джейсон развернулся и продолжил свой путь к выходу.
— А за сколько? — прозвучало за его спиной. — Сколько стоят ваши услуги, мистер Коллинз? Думаю, вы обошлись Астону в несколько миллионов.
— Несколько десятков миллионов, — поправил его Джейсон, обернувшись. — И я был бы вам очень признателен, если бы вы разговаривали потише.
— И он до сих пор продолжает тратить, — произнёс Крамер, снова подходя ближе к Джейсону. — Я заметил вашу охрану сегодня днём, машину, на которой вас привезли.
— Вы очень наблюдательны, — усмехнулся Джейсон. — Мистер Астон действительно продолжает, как он сам выражается, заботиться обо мне.
— Почему? Он ведь ничего не делает просто так.
— У нас с ним своего рода договор, — честно ответил Джейсон. — Он считает, что если у меня будут другие партнёры, это унизит его в глазах общества.
