– О том, что ты красивый, – она не видела смысла лукавить. На руинах счастья не построить, но что мешает ей прямо сейчас начать протаптывать дорожку в правильном направлении. – И что мне повезло с тобой.
– О как, – улыбка парня стала шире. – Поверь, если бы я знал, о чем ты думаешь, я бы не отвлекал.
– О ком, – поправила Гермиона.
Он спрыгнул, и Гермиона запоздало поняла:
– Ты ведь мог упасть! – всплеснула она руками.
– Все в порядке, – улыбнулся парень. – Оклемаюсь.
Гермиона, словно зачарованная, смотрела, как он стряхнул снежинки со своих кудрявых волос. Подумать только, они в одних мантиях стоят на вершине Астрономической башни, а ей не холодно.
– Идиотка, мы ведь волшебники,– в голове прозвучал высокомерный голос Малфоя.
Гермиона даже потрясла головой, но голос не пропал, одаривая ее новыми эпитетами ее умственной деятельности.
Она не поняла, что это было – или Нотт шагнул к ней, или она сама попыталась спрятаться в его объятиях, но его губы очень быстро нашли ее, и Гермиона простонала от того, что даже целуется он идеально.
Его губы – идеально мягкие. Его губы – идеально жесткие. Его губы – идеально напористые. Его язык – идеально проворен, а руки идеально уверены. Все было идеально, кроме неидеальной ее.
Было стойкое ощущение того, что все неправильно. Ощущение дежавю усиливалось с каждым нежным натиском губ, вот только губы были не те. Совесть окончательно заела девушка, и пару слезинок сбежало по щекам.
– Если я так плохо целуюсь, то в этом только твоя вина, – грустно улыбнулся Нотт, стирая пальцем небольшие капельки, она подняла на него недоумевающий взгляд. – Мало практики, – хмыкнул он, а в следующие несколько минут настойчиво пытался выкинуть мысли из ее головы.
Грейнджер наивно полагала, что Нотт ничего не понимает. Но парень знал, что ее гложет. Он в одно мгновение мог все это прекратить, но хотел, чтобы эта гордая гриффиндорка попросила помощи. Пофигу на признание или извинение, пусть просто обратится к нему.
Малфой был озадачен. Парень был уверен, что дорогу до Астрономической башни он знает наизусть. Буквально знает ногами. Но сейчас он им доверился, а они завели его куда-то не туда. Блондин озадаченно топтался вокруг стены, которую видел впервые.
– Не понял, – Драко почесал затылок. Парень готов был поклясться, что здесь была лестница, но сейчас тут была каменная стена. Поэтому немного поразмыслив, он вернулся назад, а затем шел по памяти – пятьдесят три шага прямо, два поворота налево, затем направо и ровно сто шагов до лестницы.
И снова стена.
Драко не растерялся и достал палочку, исследуя стену перед собой на наличие магии. Он широко распахнул глаза, когда палочка завибрировала в руках, показывая не просто на небольшой сгусток магической энергии, который не пропускал его наверх, а на сильную, родовую магию.
– Подождем, – Драко даже стало интересно, что там происходило такое, раз человек призвал на помощь такую сильную магию. А потом интерес сменился любопытством, поскольку были считанные единицы тех, кто обладал подобным потенциалом. Поэтому парень поудобнее прислонился к стене и стал ждать виновника торжества, перекатывая палочку в руках.
Ждать пришлось долго, но Драко стойко выносил скуку. И ожидание сполна одарило парня, ведь сама Гермиона Грейнджер появилась перед ним.
– Так-так-так, – растягивая слова проговорил слизеринец. – И что вы там делали? – глаза сразу увидели руку Нотта, бережно сжимающую женскую талию.
– Не твое дело, – с улыбкой на лице ответил Теодор. И эта улыбка серпом ударила Драко по самолюбию.
– Но я настаиваю, – глаза впиваются в легкий румянец на щеках Грейнджер.
– Малфой, не твое дело, – повторяет Гермиона слава Теодора.
– В школе запрещены… подобные нежности, – заявляет блондин.
– И это ты мне собрался мораль читать? – Гермиона теряется от возмущения.
– Драко, – Теодор поднимает руку, призывая к порядку. – Мы просто устали от суеты и решили подышать воздухом. И я просто наложил пару заклинаний, чтобы какой-то идиот с фотоаппаратом нас не доставал.
– Коллин не идиот, – слабо возразила Гермиона.
– Да все гриффиндорцы тупые ушлепки, – не сдержался Драко.
– Малфой! – Гермиона начинала злится.
– Грейнджер? – он сверлил ее в ответ глазами.
– Я вам не мешаю? – Нотт переводил взгляд с одного на другую
– Да, – говорит Драко, а Гермиона одновременно с ним “Нет”.
– Если ты не перестанешь так на нее смотреть, то я сделаю вывод, что она тебе нравится, – цокает языком Нотт.
Гермиона стремительно начинает краснеть, а вот Драко бледнеет:
– Не мели чушь, Теодор, – блондин изогнул губы. – Если ты так низко пал, то не греби всех под одну гребенку.
– Да что ты? – Нотт уже отпустил Гермиону и подошел впритык к другу.
– Сразу видно, что твой отец в Азкабане, Нотт, – язвительно подмечает Драко. – Иначе он бы выбил из тебя всю твою дурь.
– А где твой отец, Малфой? – в ответ огрызается Теодор. – Не сидит ли мой отец на костях твоего?
– Не сидит, – сухо отвечает Драко.
– Потому что сидит в мэноре, не правда ли? – шепчет Нотт с улыбкой на лице.
