Чарльз беспокойно метался из угла в угол в своей крохотной комнатке. А найдет ли он когда-нибудь Генриетту? Шансы отыскать эту девушку практически равны нулю. Месяцы усиленных поисков ни к чему не привели. Теперь Чарльза мучил другой вопрос: а не привидение ли она? Ну как может нормальный человек пропасть так внезапно, не оставив никаких следов? Если ее и в действительности не существует, значит, ему повезло.
Покинув комнату, он направился в сторону Зеленого парка. Что он будет делать, если ему придется жить в такой бедности, как сейчас? Сама мысль об этом была ужасна. Никакого Лондона. Никаких модных жакетов от Вестона. Никаких породистых лошадей. Никакого доступа в спальни светских дам. Но последнее обстоятельство огорчало его меньше всего. Теперь его не интересовал никто, кроме Мелиссы.
Суонси в ужасном состоянии. Но оно находится в центре Кента среди самых плодовитых земель страны. После необходимой тщательной обработки поля вновь станут урожайными. Он изучил достаточное количество книг и теперь знал, как надо управлять своим имением, и знал, что необходимо сделать для того, чтобы оно снова обрело процветающий вид. А еще он знал, во сколько это ему обойдется. Приданое Мелиссы покроет самые срочные расходы. Планы на будущее были довольно соблазнительны. Благородный риск потерять наследство должен быть вознагражден. А Мелисса ему обязательно поможет, потому что она самая добрая девушка на свете и любит помогать другим. Будущее неожиданно предстало перед ним в радужном свете.
Приняв такое решение, Чарльз широко улыбнулся молочницам, торговавшим свежим коровьим молоком. С удовольствием осушив кружку парного молока, Чарльз поспешил домой переодеться.
Мелисса с опаской оглядела Золотую гостиную, удивившись, что ни Виллис, ни леди Каслтон там нет. В комнате находился только Чарльз. Она ощущала его присутствие повсюду, даже в самых дальних уголках гостиной, и от этого ей стало трудно дышать. Мелисса и не подозревала, что в комнате может быть так жарко.
– Я позову бабушку, – заявила она.
– Она знает, что я здесь, – остановил ее Чарльз. – И она позволила мне провести несколько минут наедине с вами.
– Зачем? – В ее глазах появился страх, который остановил направившегося к ней Чарльза.
– Не бойтесь меня, Мелисса, – взмолился Чарльз. – Вы же знаете, я никогда не причиню вам вреда.
– Неужели?
– Конечно. Я люблю вас, милая, и хочу одного – чтобы вы стали моей женой.
Глаза девушки расширились от удивления. В пылающей голове хаотично носились беспокойные мысли. При этих словах ее сердце радостно забилось, но разум взял верх. Какую игру он теперь ведет? У нее было множество оснований не доверять этому человеку. «Не путай физическое влечение с любовью, – эхом прозвучало предостережение Беатрисы. – Испытываешь ли ты к нему еще что-нибудь, кроме вожделения?» Нет, Чарльз возбуждал в ее душе только такие чувства. Но связать себя с эгоистичным и бессовестным человеком было бы ошибкой. Жизнь ее отца можно было назвать лишь жалким существованием. Он был слишком ленивым, чтобы сделать что-нибудь полезное для своего поместья, и слишком недальнозорким, чтобы привлечь на свою сторону более знающих людей. Ее брат вырос слабовольным и распущенным. А Чарльз за короткий промежуток своей жизни показал столько легкомыслия, что запросто мог превратиться во второго Тоби.
Чарльз молча наблюдал за тем, как в ее душе борются эти противоречивые чувства. Его напряжение росло по мере того, как проходили секунды тягостного молчание.
– Дорогая, вас удивила моя прямота? Понимаю, я должен был произнести какую-нибудь помпезную речь, чтобы у вас было время ее обдумать. Но боюсь, все громкие слова вылетели у меня из головы. Я не знаю, что еще сказать.
Новый страх зашевелился в ее душе при виде просящего выражения его лица. Тогда, в гостинице, когда он пытался ее уговорить, у него было точно такое же лицо. Она не стала разоблачать себя, так как поняла, что он ее по-прежнему не узнавал. Но как только они поженятся, правда неизбежно откроется. Какова будет его реакция, когда он узнает о ее притворстве? Не то чтобы она сделала это умышленно, но она солгала, и не один раз, сначала умолчав о своем происхождении, а затем скрыв требование леди Лэньярд, которое вдова предъявила предполагаемой невесте своего внука.
– Милорд, – холодно начала Мелисса, – как же мы обручимся, если у вас уже есть невеста?
Чарльз совсем забыл, что Мелисса знает о его связи с Генриеттой. Проклиная себя за то, что в свое время он упрочил в ней эту уверенность, Чарльз начал лихорадочно искать подходящее объяснение, которое оправдало бы его вероломство.
