— Конечно, конечно, — и вышел в соседнюю комнату, где с максимальным удобством разместили старую Зэм.
— Он немного болтлив, но дело своё знает, — обратилась Амина к Фокси и Фергюсу. — Так что не волнуйтесь раньше времени.
Фергюс кивнул и отпихнул ногой какого-то особенно настырного флайлиза. Теперь ему нужно было поговорить с Фокси о двух частях одного артефакта.
— Ты считаешь, что это именно он и есть? — Фокси был очень взволнован. Он крутил в руках серебристый стержень, который считал ключом от Тайных Тоннелей.
— Да, это, несомненно, анкх, — с жаром подтвердил Фергюс. — Мы в горах видели сами, как с помощью вот этой штуки, — он ткнул овалом чуть ли не в лицо Фокси, — парень по имени Читлан менял очертания гор.
— То есть, ты думаешь, что если соединить эти два элемента, то мы получим магический предмет, который позволит нам…
— Проходить через пространство и время! — торжествующе закончил Фергюс. — Надо попробовать соединить их.
Но вначале они дождались, пока уйдёт лекарь. Амина сообщила, что всё в порядке, старая Зэм заснула, и беспокоить её не следует. Сама Амина должна была заниматься слишком многими общественными делами, поэтому она оставила друзей в доме, а сама ушла.
У Фергюса дрожали руки, когда он соединял между собой овал и серебристый стержень. Фокси тоже заметно волновался. Но, к удивлению и разочарованию обоих, ничего не произошло. Две части никак не хотели становиться единым целым и разваливались снова и снова.
— Ну, что скажешь? — расстроившись, спросил Фергюс.
— Даже не знаю, что сказать, — отозвался Фокси. — Эти вещи явно сделаны из одного материала, но почему они не соединяются? Может, нужно сплавить их в огне, или прочитать заклинание, или и то, и другое?
— Да, наверное, и как я сразу об этом не подумал! — Фергюс хлопнул себя по лбу так сильно, что у него зазвенело в голове. — Артефакт магический, и нужно провести какие-нибудь магические манипуляции, чтобы анкх снова сделался целым!
— А нам-то что делать? Я понятия не имею ни о какой магии!
— Надо найти тех, кто имеет! — Фергюс снова повеселел.
— И кто бы это был, интересно знать? — в голосе Фокси прозвучала лёгкая насмешка. — Может, Штейнмейстер, или сам Торментир?
— Дружище, это те, кто создавал такие артефакты! Я говорю о Подгорных Карликах!
У Фокси округлились глаза:
— Фергюс, у тебя умственное расстройство на почве переутомления!
— Что, дружище, ты тоже не веришь в них? Тогда поговори с Хэрстом и Хенином, конечно, когда их мать отпустит.
И Фергюс спрятал части артефакта во внутренний карман.
— Постой, — спохватился Фокси, — а как я вернусь в Депьярго, не имея ключа?
— Пройдёшь поверху, — беззаботно ответил Фергюс. — А там что-нибудь придумаешь.
Мастер прилетел на место и отпустил плащекрыла. Привязывать его не имело смысла. В любой момент по зову амулета несчастное животное должно было явиться перед своим повелителем.
Аккуратно прижимая Чашу к боку, Мастер стал разыскивать вход в те забытые гроты, где после разгрома Братства Штейн двести лет назад спрятали от глаз Посвящённых остатки знаний и умений маги Братства. Когда-то, давным-давно, когда Мастер был никому не ведомым юнцом, ему посчастливилось найти это место. К его огромному сожалению, многие книги и свитки были безнадёжно испорчены сыростью и влагой. Но кое-что сохранилось. Точные и чёткие инструкции, где и как применять обсидиан, как сотворить Соглядатая, как на время лишить силы боевого мага, — обо всем этом он узнал из этих книг. Часть сохранившихся книг он перевёз со временем в свою резиденцию, а остальное решил оставить здесь.
Мастер был предусмотрительным человеком. Ему в любой момент могло понадобиться тайное убежище. Вот он и не торопился раскрывать местонахождение этой сокровищницы Братства. Кстати, слово «сокровище» подходило к этим гротам в буквальном смысле. Именно здесь нашлось золото Братства, и Штейнмейстер успешно использовал его для подкупа нужных людей.
Сейчас вход в гроты обвалился. Штейнмейстеру пришлось ободрать пару обсидиановых амулетов с камзола, чтобы воспользоваться силой заключённых в них Соглядатаев. Они разобрали завалы. Было странно наблюдать, как камни раскладываются сами собой, а вход в пещеру освобождается. Но намётанный глаз Мастера улавливал движения невидимых в солнечных лучах монстров. К сожалению, они не были приспособлены для подобной работы, поэтому с каждым поднятым и отброшенным камнем теряли силу и мощь. В конце концов Соглядатаи материализовались в виде обсидиановой лужи гадкого вида.
Мастер вовсе не жалел о потерянных Соглядатаях, ведь он мог создать сколько угодно новых. Вот только лужи эти растеклись прямо у входа в гроты-сокровищницы. Теперь пробираться мимо них следовало осторожно, потому что обсидиан, даже потеряв то живое (или полуживое), что было у него внутри, всё равно жаждал наполниться новым содержимым (такова была специфика создания Соглядатаев).
