Запретите монаху молиться,
А живому – дышать и жить.
Так и я – со своей синицей:
Коли петь нельзя – буду выть.
Мощи легких моих достанет,
Чтобы взвыть до горних высот.
Пусть всевышний хоть с кресла встанет,
Дабы лично заткнуть мне рот!
Они вытаптывают снег,
Они валяются в грязи,
И кто-то скажет: – Человек.
А кто-то крикнет: – Тормози!
И кто-то будет долго ждать,
Когда они поднимут руки
И – чтобы только не вставать —
Попросят: – Ну давите, суки.
– А какое сегодня число?
И какой был вчера день недели? —
Мне плевать, что ушло, что пришло —
Без движенья валяюсь в постели.
Бог запишет за праздную лень
На меня четыре виста.
Что за дело, какой нынче день?
– Разбудите меня в День Суда!
Перелистай ресницы,
Словно венок сонетов.
Если снимаются птицы, —
Лето опять без ответов.
Перелистай альбомы —
Фотомгновения сна.
Может, они напомнят,
Что на свете бывает весна.
Перелистай смятенья,
Перелистай мечты.
На снимках, еще не осенних, —
Уже откровенно не ты.
Изнывая от безделья,
Курим мы за пачкой пачку
И задохшееся зелье
Извлекаем из заначки.
Если вдруг чужие звуки
Разорвут ночной покой —
Это демон нашей скуки
Учит нас владеть собой.
Мой милый друг, оставленный вначале —
В начале сна, в начале пустоты, —
Я от друзей сегодняшних устала,
И вспомнился – от скуки, верно, – ты.
Когда бы я пошла другой дорогой,
И ты благословил в далекий путь,
Мне б нужно было, кажется, немного —
Чтоб ты включил мне свет и тихо молвил: – Будь.
Не сожаление, не горечь, не потеря —
Сегодняшнюю ты не принял бы меня. —
Была б другой. А я другим не верю.
Иду одна. Иду как прежде. – Я.
Если сон не дается в плен,
И кривятся под веками рожи,
То становится тесно меж стен,
Вечно сомкнутых округ ложа.
И сознание дает крен,
И его отодвинуть можно,
И читать по узорам вен
Под моею прозрачной кожей.
Черным обведенные глаза —
Это красота или уродство?
Просто след сухих ночей без сна —
Или знак предвечного сиротства?
Белизна запавших щек и скул,
Ломкость тонких рук и длинных пальцев…
Может статься, ты бы мне вернул
Толику ушедшего румянца.
Нравлюсь я тебе такая вот —
Черно-белая, и только с красной гривой?
Так банально-красочен исход.
Знаешь, я по-прежнему красива.
