Джон Мор, пригнувшись, чтобы не удариться головой о дверной косяк, провел их внутрь через деревянную дверь. Та привела их в гостиную, превращенную в зону ожидания, с двумя рядами разномастных стульев, стоящих друг напротив друга.
Ханна, Джон Мор и Стерджесс сели с одной стороны. Единственным другим обитателем комнаты был пожилой мужчина, сидевший в конце ряда напротив. Ханна не была на сто процентов уверена, что он жив. По крайней мере, пока он не заговорил.
- Джон.
- Ленни, - ответил Джон Мор. - Как жизнь?
- Все еще продолжается.
- Это так.
- Как Марго?
- Так же.
- Передай ей, что я спросил.
- Сделаю.
На этом, по-видимому, обмен мнениями закончился.
Теперь, сидя, Ханна воспользовалась возможностью рассмотреть все памятные вещи в комнате. В основном это были фотографии и плакаты на стенах группы Sisters Divine. В центре всех остальных фотографий была большая фотография трех гламурных женщин, которые были похожи на Supremes с их прическами-ульями и соответствующими нарядами, хотя эти трое были белой, черной и азиаткой. Они стояли рука об руку на сцене, сияя улыбками, готовясь выйти на поклон. Вокруг центральной фотографии были расположены более мелкие изображения сестер, встречающихся с разными людьми. Ханна не узнала большинство из них, но некоторые были ей знакомы. Она была почти уверена, что изысканно выглядящий джентльмен в левом верхнем углу был известным музыкальным продюсером. Было еще несколько, которые были похожи на боксеров или известных футболистов. Человеком на второй по величине фотографии была Арета Франклин.
Ханна никогда не умела молчать, поэтому она напрягла мозг, чтобы придумать, как бы снять напряжение. Потом она поняла, что на самом деле хотела что-то спросить.
- О, - сказала она, поворачиваясь к Стерджессу, сидевшему слева от нее: - Как прошла твоя беседа с этой женщиной?
- Женщиной?
- Женщина из “Пикок Лаундж”.
- О, да, - сказал Стерджесс. - Ничего не понял. Это было немного странно, на самом деле. Она вообще не помнила инцидент.
- Правда?
- Да. Я имею в виду, она думала, что напилась, почувствовала себя плохо, а затем пошла прямиком домой.
- Итак, никаких воспоминаний о…
- Поджоге дрэг-клуба? Нет. Я показал ей отснятый материал, и она пришла в ужас.
- О.
- Она на больничном – какой-то вирус, по словам врача, – так что я не уверен, что ее воспоминания особо надежны, но вряд ли такое забудешь. Хотя выглядела она слегка невменяемой. И утверждала, что у нее нет, – он неловко огляделся, – никаких необычных способностей. Казалось, сама идея ее ужасала.
- Думаешь, она говорила правду?
Стерджесс провел рукой по своей безупречно подстриженной бороде.
- Если она лгала, то она чертовски хорошая актриса. Ее воспоминания о той ночи, как я уже сказал, были такими: она напилась, почувствовала себя плохо, а затем схватила такси, - он сделал паузу. - А потом, как ни странно, она не спала, смотря “Лоуренса Аравийского”, которого она раньше не видела, но который ее очень впечатлил.
- Ладно, - сказала Ханна, прежде чем немного поразмыслить. - Если подумать, я тоже никогда его не видела.
- И я тоже.
- Это классика, - предположил Джон Мор, дав первый знак, что он следил за разговором. - Питер О’Тул, по-видимому, так боялся упасть со своего верблюда, что его пришлось напоить до бесчувствия и привязать к нему.
- Удивительно, - размышляла Ханна.
- Итак, - сказал Стерджесс, резко меняя тему разговора, - когда нам сообщат, с кем мы здесь встречаемся?
Джон Мор взглянул на него, а затем указал на самую большую картину на стене. - Вам предоставлена аудиенция у Божественных Сестер.
Стерджесс рассмеялся.
- Ты шутишь?
Ханна почувствовала, как напрягся Джон Мор, сидящий рядом с ней.
- Следи за манерами.
- Я думаю, Том пытается сказать, - вмешалась Ханна, - кто такие Божественные Сестры?
Джон Мор почесал бороду, прежде чем ответить.
- Это была музыкальная группа. И удивительно талантливая. Я имею в виду, что это не мой тип музыки, но находиться в одной комнате с ними тремя, когда они выступали, - это было что-то магическое. - В его голосе звучало искреннее благоговение. - Я имею в виду, не магическое, магическое, но, ну, ты должен был там быть…
- Аминь, - сказал Ленни, кивнув.
- У сестер также есть особый дар. Он у них с рождения.
- Погоди-ка, - сказала Ханна. - Они на самом деле сестры?
- Да, - подтвердил Джон Мор.
- Приемные или единокровные сестры? - спросил Стерджесс.
- Ни то, ни другое.
- Это невозможно.
- Может быть, в твоем мире.
- Хорошо, тогда объясни мне?
- То, что ты хочешь знать, и то, что ты узнаешь, - это две совершенно разные вещи.
Двое мужчин встретились взглядами.
- Что это за дар? - спросила Ханна, желая продолжить разговор.
- Их дар, - сказал Джон Мор, - помимо того, что они наделены большой мудростью, заключается в том, что они могут показывать их дары другим людям. Они как… грубо говоря, усилители.
Они все подняли глаза, когда дверь в дальнем конце комнаты открылась. Из нее вышел ворчливый ребенок лет двенадцати, за ним последовали его родители. Мать была в слезах, но улыбалась, а отец обнимал ее.
