— Немедленно поставь на место! — возмущенно потребовала Тереза.
Незастегнутый рюкзак выпал у нее из ее рук, содержимое рассыпалось по полу, но они не обратили на это внимания.
— Прости меня, злючка. — Он продолжал держать ее на весу словно пушинку. — Я придурок, наговорил тебе бреда. Ты этого не заслужила. Мне правда жаль.
Она растерянно моргнула. Не в стиле Рафаэля было признавать свои ошибки, и его резкие откровения сбивали с толку.
— Я подумаю, — надменно отозвалась она. — А теперь, будь добр, поставь меня на пол, варвар!
— Не будь злючкой, — повторил он, улыбаясь ей так обескураживающе очаровательно, что она не могла злиться дальше.
— Так что, простишь меня, солнышко? — Он все-таки опустил ее на пол.
— Не-а, — помотала головой Тереза.
— И как же мне заслужить твое прощение? — Он склонил голову набок, с любопытством рассматривая девушку.
— Я открыта предложениям, удиви меня, — отозвалась она со скучающим видом.
Рафаэль рыцарски опустился на одно колено и церемонно взял ее за руку.
— Сударыня, я приношу вам свои глубочайшие и искренние извинения за то, что вел себя как идиот. Предлагаю вам…
— День желаний! — потребовала она, хитро улыбнувшись. Ее глаза блеснули удовольствием. — Один день, когда ты будешь делать все, что я захочу.
— О святой дьявол!..
— Не смей богохульствовать, — осадила она его. — Все, поднимайся, мой рыцарь, я прощаю.
— Значит, день желаний… — Рафаэль с задумчивом видом помог ей собрать в рюкзак выпавшие вещи и поднялся на ноги. — Боюсь спросить, что же ты пожелаешь, радуга?
— Увидишь, — сообщила она загадочно, застегивая рюкзак.
Телефонный звонок прервал их беседу.
— Слушай, мне очень неловко… — раздался в трубке голос Ирэн. — Но ты могла бы не возвращаться сегодня домой?
— Что, прости? — чуть не задохнулась от возмущения Тереза.
— Я парня привела. Нам надо уединиться. Если ты понимаешь, о чем я. Все случилось неожиданно, незапланированно… — тихо прошептала Ирэн. — Умоляю, Тереза! Я буду у тебя в долгу!
— Ты выпираешь меня из дома?
— Всего на одну ночь!
— Надо заранее предупреждать!
— Я сама не знала, говорю же… Ну пожалуйста!
— Границы твоей безответственности меня поражают.
— Так… что?
— Ладно. Будешь должна. — Тереза нахмурилась и сжала телефон в руке.
— Что такое? — поинтересовался Рафаэль, когда она нерешительно потопталась на месте.
— Ирэн нужна квартира. — Tea с досадой поморщилась. — Прекрасно. И что мне теперь делать? Надо конспект по философии дописать! Я думала засесть за компьютер, когда вернусь домой, а пара уже завтра утром! Такими темпами я ничего не успею. Зашибись, все планы насмарку! — Она нахмурилась, сердито пнув ножку стула.
— Хочешь, напишу тебе конспект? — предложил он, улыбаясь.
— Ты такой милый! — Она не удержалась и потрепала его по щеке с ямочкой.
— Только с тобой, радуга.
— Ты правда поможешь?
— А это снимет мне часы со дня желаний?
— Нет.
— Не то чтобы я расстроился, — ухмыльнулся он. — Неси свою тетрадку, сделаю все в лучшем виде.
— Серьезно, перестань быть таким идеальным, иначе я за себя не ручаюсь, — пошутила она.
Щеки у нее раскраснелись, глаза радостно блестели. Ничего красивее в своем черно-белом мире он прежде не видел. Больше всего Рафаэлю нравилось видеть ее счастливой. Словно от ее состояния и он сам менялся. Ее грусть вызывала щемящую боль в груди. Сегодня, когда он ее обидел, ему стало не по себе. Он раньше не подбирал слова, грубил девушкам, не заботился об их чувствах, зацикленный на себе. Но не теперь. «Я могу быть придурком с остальным миром, но с ней — никогда».
— Значит, сегодня ты разделишь со мной постель? — спросил Рафаэль, и она поперхнулась.
— Рафаэль, черт тебя дери!
— Может, лучше ты?
— Придурок! — выпалила девушка. — Я благодарна тебе за предложение, но мне следует подыскать другое место для… ночлега.
— Домой, что ли, поедешь? В одиннадцать вечера? Серьезно?
— Я могу попросить Джеймса, наверное. Думаю, его это не затруднит.
— Исключено, — нахмурился Рафаэль. — Я против.
— С чего бы тебе волноваться по этому поводу? — прищурилась она. — Мистер айсберг.
— Я вообще-то ревнивый, маленькая Tea. Того гляди, случайно сломаю челюсть твоему жениху. — Последнее слово он произнес как оскорбление. — Тебе же не хочется видеть его на больничной койке?
— Ты… ты же шутишь, да?
— А ты как думаешь? — усмехнулся он. — Я сказал, что не хочу романтических отношений. Но я не отрицаю того, что ты моя лучшая подруга. И бесспорно, я ревную к тому, что ты уделишь ему внимание и посвятишь этому недоумку свое бесценное время, которое могла бы с пользой потратить на меня.
— Я просто у него переночую, — упрямо повторила она.
— Ага, через мой труп.
Стало очевидно, что он не отпустит ее без боя. Не то чтобы Тереза рвалась к Джеймсу. Меньше всего сейчас ей хотелось видеть своего навязанного жениха. Она лишь поддразнивала Рафаэля, пытаясь выяснить, что тот думает по этому поводу. И осталась довольна ответной реакцией. Может, Рафаэль и утверждал обратное, но она нравилась ему. «Осталось лишь дождаться, пока он поймет это сам», — с надеждой подумала Тереза. Давить на Рафаэля было нельзя. Иначе он снова сорвется.
