— Куда? — удивился он, открывая перед девушкой дверцу, прежде чем обойти машину и сесть на пассажирское место. Черный «бентли» был одним из самых любимых им автомобилей из всей большой коллекции (обычно Рафаэля подбрасывал до места назначения личный водитель, но когда рядом была Тереза, Рафаэль его отпускал).
— Буду петь в баре.
Рафаэль прищурился, бросив в ее сторону непроницаемый взгляд.
— Там сидят придурки. Пьяные. Как я помню, у тебя уже был неудачный опыт общения с подобной аудиторией, — справедливо заметил он.
— Я была слишком непредусмотрительна. Теперь же стану соблюдать осторожность, — успокоила его Тереза, застегнув ремень безопасности.
Некоторое время они ехали молча.
— Ты ведь давно это решила, да? — прервал тишину Рафаэль.
— На самом деле еще неделю назад договорилась с владельцем клуба, — призналась девушка, повернув на повороте. — Так что вне зависимости от блокировки моей карты все равно собиралась туда наняться.
— Вот как…
Она не могла прочитать в его глазах, был он недоволен или одобрял ее решение. Он снова нацепил маску, за которой ничего не разберешь.
— Думаешь, у меня получится? — спросила она немного погодя.
— Заставить меня волноваться? Уже получилось.
— Я про выступления. Как-никак, раньше я перед аудиторией не пела. Только в церковном хоре и только… для тебя, — добавила она тише.
Неуверенность в ее мягком голосе терзала Рафаэля.
— Эй, ты чего?
— Забудь, — отмахнулась девушка, нервно барабаня пальцами по рулю.
— Все у тебя получится, Tea. Ты талантливая, и я не понимаю, почему до сих пор не отправила запись на конкурс в студию.
— Хочу еще доработать.
Она робко улыбнулась, но глаза у нее радостно засветились от его похвалы. Потому что она знала: Рафаэль никогда не лжет.
— Я, черт побери, однажды возьму и отправлю ее за тебя!
Они остановились в пробке. Тереза предостерегающе фыркнула, достала бутылку с водой.
— Что мы говорили о грязных словечках? — пожурила она его, прежде чем поднести бутылку ко рту.
— Такой уж у тебя парень, смирись.
Она тотчас подавилась, отчаянно закашлялась и перевела ошарашенный взгляд на Рафаэля, который невозмутимо смотрел в окно.
— Чего?! А ну-ка повтори! — потребовала Тереза, вытирая губы тыльной стороной руки.
— Говорю, твой друг — плохой парень. С этим ничего не поделаешь. — Рафаэль подмигнул ей и ухмыльнулся.
Вот гад! Сбежал от темы второй раз. Специально ведь исправился. Тереза пообещала себе, что рано или поздно вырвет у него признание. Потому что шутки шутками, но она любила его. И если окажется так, что это все не взаимно, то… Вдох-выдох. «Я слишком спешу. Пусть все течет своим чередом», — успокоила себя девушка, хотя глубоко внутри и осознавала, что сидит на пороховой бочке.
Это как выдернуть чеку у гранаты и ждать взрыва. А взорвется обязательно. Тернер мог в любой момент психануть, как уже делал прежде. Но она знала, что взрыв будет намного масштабнее, здесь не обойдется извинениями и примирением через пару минут. Этот взрыв грозил разорвать ее сердце на мелкие кровоточащие кусочки и оставить подыхать. Она все это знала, но не могла остановиться. Потому что в ней жила глупая, наивная и опасная надежда под названием «вдруг». Вдруг он поменяется, вдруг она станет для него особенной, вдруг ради нее он рискнет вступить в отношения, вдруг, вдруг, вдруг… Тереза вырулила к офису Рафаэля, откуда было недалеко и до их с Ирэн жилища. Ее размышления прервал звонок.
— Слушаю.
Она повернулась к Тернеру, наблюдая за его реакцией. На щеках у него перекатывались желваки, губы гневно сжались. Слушая собеседника, Рафаэль тяжело дышал от ярости. Тереза впервые видела его таким взбешенным.
— Как он… — начал было парень, но осекся, заметив обеспокоенный взгляд Терезы, и вышел продолжить разговор уже на улице.
Тереза нахмурилась и тоже хотела выйти. Что у него там за тайны такие? Она уже открыла дверь машины, но тут ее внимание кое-что привлекло. Все тот же черный конверт, который откуда-то выпал, пока она возилась. Тереза подняла его, воровато оглядевшись, чтобы убедиться в том, что Рафаэль пока не возвращается.
Она поспешно открыла конверт, ожидая, что оттуда выпадет письмо либо приглашение — что угодно. Но, к удивлению и любопытству Терезы, внутри оказалась лишь черная пластиковая карточка с причудливым узором посередине. Феникс. Мифологическая птица, чьи объятые огнем перья опутывали золотыми всплесками глянцевую поверхность карточки. Что же это такое? Тереза вертела находку и так и этак, но ни номера, ни надписи не обнаружила. Возможно, это пропуск? Карта, которая разблокирует нужную дверь? Только вот куда?
— Ай-ай-ай, — послышалось рядом, и сердце Терезы подскочило к горлу.
Она испуганно пискнула, виновато поднимая голову на Рафаэля. Застукали с поличным. Вот ведь досада! «Еще более не вовремя ты не мог явиться, Тернер»? — подумала она, лихорадочно соображая, как оправдаться за вмешательство в его личную жизнь. Но в конце концов решила, что вместо этого пойдет в наступление.
— Что? — вздернула подбородок она, сверля Рафаэля спокойным взглядом.
