— Ты давно подслушивала? — прищурился Рафаэль.
В приглушенном свете черты его лица казались острее, чем обычно. И, если это было возможно, еще более мрачными. Он был без проклятой рубашки — конечно, его драгоценная девушка любезно избавила его от ненужной одежды. Наверное, пришел сюда сразу, как потрахался с ней. Подонок!
— Не так давно, как хотелось бы, — съязвила она, окинув парня гневным взглядом. Как он смел после того цирка у бассейна вообще сейчас ей что-то предъявлять?!
— Знаешь, что я делаю с нежелательными свидетелями? — Рафаэль сделал шаг ей навстречу.
Тереза отступила назад.
— Пытаешься меня запугать? — парировала она, приподняв подбородок. — Не удастся.
— Зачем ты вообще сюда пришла, Тереза?
Рафаэль наступал на нее, и ей пришлось снова шагнуть назад. И так до тех пор, пока сбегать стало некуда. Сердце девушки колотилось как сумасшедшее. Она тяжело дышала и прислонилась к стене, как бы ища опоры.
— Было любопытно. А ты зачем сюда приходишь? — Она прищурилась, глядя на парня, который навис над ней.
— Выгулять своих демонов. Мне слишком громко.
Рафаэль был слишком близко. Так, что она сразу ощутила пьянящий запах черники и сигарет, от которого ее вело каждый раз. Он уперся рукой в стену рядом с ее лицом. А другая рука щелкнула зажигалкой — маленький язычок пламени бросил тень на его лицо. Взгляд Рафаэля внимательно заскользил по телу девушки. Какого хрена она была почти обнаженной?! С мокрых темных волос стекала вода, прокладывая холодные дорожки по телу. Накидка, которую она даже на застегнула, не мешала разглядывать ее потрясающее тело в нижнем белье.
Заметив его пылающий взгляд, она не потрудилась запахнуть накидку. Напротив, Тереза расправила плечи и с вызовом посмотрела на Рафаэля.
— Теперь, когда мы выяснили причины нашего пребывания здесь, вернемся к вопросу, — хрипло произнес парень, глядя Терезе прямо в глаза. — Как много ты слышала? Учти, я не люблю повторяться.
— Ты уже повторяешься, Тернер, — огрызнулась она, сверля его ответным взглядом.
Отчего-то вызов, который она бесстрашно бросала ему, возбуждал Рафаэля сильнее, чем готовая на все девушка, с которой он обычно проводил время. И его тело отреагировало самым недвусмысленным образом. Борясь с желанием, он снова щелкнул зажигалкой и медленно поднес огонек пламени к самому лицу девушки.
— Значит, не скажешь?
Тереза облизнула губы. От частого дыхания ее грудь быстро поднималась и опадала. Она ощущала жар огня, который почти опалял ей лицо. Но все равно упрямо молчала. Зажигалка полетела на пол. Рука Рафаэля властно легла ей на горло.
— Что ты делаешь? — испуганно прошептала она, распахнув глаза.
— А на что это похоже? — Он коснулся носом ее щеки, крепче сжав ее горло сильной ладонью. — Мне нравится, как сильно бьется твой пульс. Я ощущаю его под своими пальцами.
Тереза опять облизнула губы, не сводя с него глаз. Ее била дрожь.
— Ты лгал мне.
— Разве? — Он едва ощутимо потерся губами о ее губы.
— Притворялся моим другом, подонок.
Брюнетка, сидящая у него на коленях и целующая в шею, снова встала перед глазами Терезы.
— Почему ты решила, что это было ложью?
Его невозмутимость еще сильнее распалила ее.
— Может, потому, что тебя облизывала какая-то девчонка? — гневно прошипела она.
— Как то, что я сплю с ней, мешает мне быть твоим другом? Ты, к слову, помолвлена, если не забыла, — надменно ухмыльнулся парень.
Боль от честного признания в том, что он действительно занимается с Никой интимом, еще сильнее растравила раненое сердце Терезы.
— Ты знал, как я к тебе отношусь! — обвинила она его и вцепилась ногтями в руку парня. — Все. Отпусти.
— Мы не закончили. В чем еще обвинишь, Тереза? — Ухмылка на его губах бесила ее до умопомрачения.
— Говорил — не терпишь чужих прикосновений.
— Ника знает, как мне нравиться.
Всего пять слов. Пять слов, которые выбили воздух из легких. Она ненавидела каждое из них.
— Ты такой ублюдок, Рафаэль.
— Заблуждаешься. — Все еще крепко сжимая ее горло, он большим пальцем нежно провел по бьющейся жилке на ее шее. Крошечными, ласкающими кругами. Тело Терезы словно опалило огнем. — Я намного хуже, маленькая Tea.
— Прекрати это. — Голос дрожал, но глаза девушки упрямо сверкнули.
— Боишься потерять контроль и лишиться своего… целомудрия? — Последнее слово он выплюнул словно ругательство.
— Просто ты мне противен.
— Хорошо. Я люблю, когда меня ненавидят, — прищурился Рафаэль. Его хриплый шепот вызывал мурашки по телу, пробуждая такие ощущения, о существовании которых она раньше и не догадывалась.
— Меня ждут. Отпусти уже. — Тереза попыталась оттолкнуть его руку, пихнула Рафаэля в грудь, но тот был словно каменным. Дерьмо!
— И кто же тебя ждет? — Впервые за вечер он дал волю своим чувствам.
Обсидиановые глаза — точно лезвия, заточенные убивать. Они прожигали Терезу насквозь, пытали и кричали. Это были глаза злодея, о котором рассказывал ей Дамиан. За эти годы ничего не изменилось. Теперь она это видела.
— Дамиан, — произнесла она тихо.
