Разрушитель судеб полностью

От внимания Чарли не укрылось, как при виде монеты Древних оба конюха прищурились и потерли пальцами изображение оленя. Приветливые улыбки исчезли, и мужчины мгновенно помрачнели. Однако монету не вернули и, коротко кивнув, увели лошадей прочь.

– Я впервые в жизни расплатился настоящей монетой, а люди воротят нос, – едва слышно проворчал Чарли.

В общем зале таверны с низким потолком висел дым от полыхавшего в очаге огня, а у барной стойки сидело и стояло несколько завсегдатаев. Заведение оказалось весьма достойным, и Чарли был приятно удивлен качеством обслуживания. Всего за несколько секунд им с Гарионом предоставили комнату на несколько дней, пополнили запасы провизии и подали отличный обед. Вино немного кислило, но Чарли все равно сделал жадный глоток и позволил себе откинуться на спинку маленького стула.

Пусть Гарион уже не принадлежал Гильдии амхара, его старые привычки не изменились. Он сидел в углу, прижавшись спиной к стене, и неустанно следил за происходящим в зале. Чарли не возражал. Он был рад хоть немного передохнуть от тревог, переложив заботы на плечи Гариона.

– Что ж, – наконец произнес Гарион, приподняв бровь.

– Что ж, – фыркнул Чарли в ответ.

Выглянув в окно, он увидел, что тяжелая морось превратилась в настоящий ливень. По слегка треснутым стеклам стекали крупные дождевые капли.

Хотя Чарли изо всех сил старался расслабиться, он не мог перестать нервно постукивать ногой по полу.

Гарион склонил голову набок и прищурил блестящие темные глаза.

– Что тебя тревожит, Чарли?

– Лучше спроси, что меня не тревожит, – огрызнулся тот и тут же поморщился, осознав, что слова прозвучали резче, чем ему хотелось. В его висках запульсировала тупая боль, и он распустил тугую косу, позволив влажным волнистым волосам рассыпаться по плечам. Затем скинул с себя мантию – воздух в таверне был слишком теплым и спертым. Большую часть вещей уже отнесли наверх, в их комнаты, но Чарли оставил при себе свою котомку. Там лежало самое ценное, что у них только было: его поддельные печати и чернила, но самое главное – письмо Эндри к матери, аккуратно спрятанное между чистыми листами пергамента.

– В мире есть места похуже этого, – мягко сказал Гарион.

– Я бывал едва ли не в каждом из них, – ответил Чарли, чувствуя, как на него опускается тяжесть воспоминаний.

Драконьи крылья, солоноватое зловоние кракена, пепел на языке, несколько сотен живых трупов, копошащихся в грязи. Волна жутких видений нахлынула на него, и он не мог ее игнорировать, как бы того ни желал.

– Прости, не знаю, что со мной, – пробормотал он. – Мне трудно…

Гарион протянул руку через стол и положил ее на ладонь Чарли.

– Тебе трудно усидеть на одном месте?

– Мне трудно понять, какую роль я могу сыграть в этой истории. – Чарли не отрывал взгляда от их рук. Его покрытая чернильными пятнами кожа и чистая кожа Гариона. – Я думал, что это хорошая идея. Думал, что, добравшись сюда, я смогу сделать что-то полезное.

– Это и правда хорошая идея. Мы приехали час назад, Чарли. Сделай глубокий вдох, – сказал Гарион. – Поверь мне, королева Эрида не выскочит из кладовки, чтобы набить тебе физиономию. А если вдруг такое случится…

Под столом сверкнула смертоносная бронза. В свободной руке Гарион искусно прокрутил кинжал, да так быстро, что очертания лезвия размылись.

– …тогда все наши проблемы разрешатся, – закончил он, убирая кинжал за пояс.

– Убийство королевы решило бы только часть проблем. – Чарли отпустил руку Гариона. – Нельзя снимать Таристана со счетов. И других более опасных сущностей, которые стоят за его спиной.

Гарион снова спрятал лицо за бесстрастной маской убийцы-амхара.

– Ты говоришь о Том, Кто Ждет.

Чарли скрипнул зубами.

– Знаю, это по-прежнему звучит глупо. Даже для меня.

– Я видел драконов собственными глазами. Теперь я готов поверить во что угодно, – печально произнес Гарион. – И я последую за тобой, куда бы ты ни решил пойти.

Чарли почувствовал новый приступ боли. Он уловил скрытый подтекст в словах Гариона, и от этого у него по коже побежали мурашки.

– Я не брошу ее, Гарион, – сквозь стиснутые зубы сказал он. – Я уже говорил.

Он ожидал, что Гарион начнет с ним спорить и последовательно излагать все причины и логические доводы в пользу побега, но вместо этого он встал из-за стола, растянув губы в очаровательной улыбке. Глаза сверкали, полностью соответствуя его легкомысленному виду. Тем не менее за этой маской Чарли видел истинного Гариона, чьи плечи были напряжены, а руки слегка дрожали.

– Гарион…

– Знаю, – произнес тот и зашагал в другую часть зала.

К ужасу Чарли, Гарион совершил наихудший поступок, на какой только был способен.

Улыбаясь, он подошел к барной стойке и поприветствовал завсегдатаев. Его харизма, отточенная за время обучения в Гильдии, искрилась и сверкала. Он тут же расположил к себе и бармена, и хозяина таверны, и всех посетителей, которые оказались рядом.

Чарли хотелось обессиленно соскользнуть на пол.

Вместо этого он заставил себя допить вино и присоединился к Гариону у барной стойки.