Ханна не собиралась позволить им умереть (по крайней мере, не сегодня), но вполне возможно, что демон собирался убить всех в Цитадели Чести.
– Если бы я хотел вас убить, вы бы были уже мертвы. Нет, я пришёл с новым приказом. – Демон приблизился к Ханне, так что она ощущала жар его тела и чувствовала зловонное дыхание. – Знай, что отказ означает смерть.
Взгляд Ханны метнулся к Грейс, но, кажется, королева ещё не поняла слов демона. Она выглядела ужасно: из ушей текла кровь, сочилась между пальцев, капала по рукам.
– Что тебе нужно? – спросила Ханна.
– Ты считаешь себя завоевательницей, – ответил демон. – Миротворицей.
Ханна кивнула.
– Ты его понимаешь? – В голосе Грейс появилась паника. – Кажется, он пытается говорить.
– Ты должна это доказать. – Демон подошёл ещё ближе и защёлкал зубами. – Положи конец её страданиям. Убей королеву и стань королевой.
Ханна взглянула на Грейс: её руки дрожали, а под глазами залегли глубокие тени. Эта женщина на протяжении всей жизни Ханны посылала в Эмбрию армии. Она должна умереть. Но Грейс умрёт, когда будет удобно Ханне, когда это впишется в её планы, потому что вторая королевская смерть сразу же после появления принцессы будет выглядеть слишком подозрительно.
– Нет.
– Нет? – В голосе королевы появились истерические нотки. Она была уверена, что Ханна ответила на её вопрос.
– Нет? – прошипел демон. – Ты посмеешь отказать своему королю?
– Я не подчиняюсь никакому королю, – ответила Ханна. – Особенно твоему.
– Великий Элмали! Ты его понимаешь. И он говорит. – Грейс повернулась к Ханне. – Ты одна из них? Ты демон в человеческом обличье?
– Значит, ты не завоевательница, – насмешливо ответил демон. – Ты не желаешь взять то, что принадлежит тебе.
Это была неправда. Ханна считала себя самым честолюбивым человеком на свете.
Но почему смерть королевы так важна для демонов?
Ханна не заметила, как чудовище сдвинулось с места. Оно просто переместилось в пространстве. А потом набросилось на Грейс, царапая её когтями и кусая оскаленными зубами.
У королевы Грейс почти не оставалось времени закричать, но она всё равно закричала, и стражники в прихожей попытались распахнуть дверь, но она не открывалась, словно удерживаемая тёмной силой.
Сама того не желая, Ханна тоже закричала. Правда, она не собиралась бежать. Больше она никогда не будет убегать от демонов. Она сорвала с головы обсидиановую корону, выдрав несколько прядей волос, и вонзила её шипы в демона.
Всё произошло очень быстро.
Демон вырвал Грейс горло, и из раны волной хлынула кровь. Стражники стучали в дверь, звали королеву, просили их впустить. А Ханна била снова и снова, вонзая обсидиановые шипы в грибовидную плоть. Раздался хлопок, а потом чудовище завыло от боли – куски вулканического стекла сломались в его теле.
Конечно же, демон сопротивлялся, но на стороне Ханны были ярость, страх и тысячи других чувств, которые она научилась скрывать. Она была безумна. Одержима. Больше никогда на свете её не заставят служить демонам.
Стук в дверь продолжался даже после того, как демон прекратил сопротивляться.
Ханна схватила обсидиановый зубец, отломившийся от короны, и начала пилить. Руки свело от боли, повсюду была кровь, но ей удалось отпилить демону голову.
Только после этого стражники сумели ворваться внутрь. Они тут же бросились к Грейс, тело которой было так изувечено, что Ханна не могла на него смотреть. Одного из стражников вырвало. Ханна не могла его винить.
Она встала, сжимая обломки обсидиановой короны, – с её рук стекала кровь. От запаха смерти принцессу чуть не вывернуло наизнанку, но она проглотила комок желчи и заговорила:
– Демон расправился с вдовствующей королевой. Я убила демона. Но смерть этого чудовища – недостаточная расплата за случившееся.
– Как… Как он сюда пробрался? – спросил капитан стражи. – Преграда…
Кожа Ханны горела, она вся была измазана кровью демона. Ей надо было её смыть, нейтрализовать кислоту, но сначала нужно взять ситуацию под контроль.
– Преграда ослабела, – ответила Ханна. – И прошлой ночью она мерцала. Кто знает, сколько демонов выбралось наружу и сколько появилось новых мест зла?
Стражники и вельможи толпились в дверях, прижимая к лицам ладони или платки.
– Вдовствующая королева, – перешёптывались они. – Её убили.
– Скоро мы покорим Ивасленд, – продолжала Ханна. – Мы заставим их заплатить за убийство короля Опуса. Мы заставим их заплатить за всё, что они сделали.
Никто не аплодировал, но некоторые вельможи согласно закивали.
Ханне был нужен не их энтузиазм, ей была нужна их покорность.
– Когда мы покорим Ивасленд, отправимся в Зло. – Этот Дагат Зловещий, король демонов, узнает, что никто не может приказывать королеве Иоханне Фортуин.
– Но Разрушительница Тьмы…
