Айви покраснела и задрожала, как лист во время шторма. Она зажмурилась, не в силах смотреть на то, как он буравил ее взглядом.
За свою жизнь у нее было немало сексуальных контактов, но ничто… ничто… никогда не было таким интимным. Ничто даже не приближалось к этому. Айви чувствовала себя абсолютно уязвимой, обнаженной, и это не имело никакого отношения к отсутствию одежды. Но в то же время она никогда не чувствовала себя в такой безопасности и не ощущала такой заботы. От этой двойственности у нее закружилась голова.
А может, это просто смесь возбуждения и предвкушения, бурлящая в ее жилах.
Зажмурившись, она не увидела, как глаза Баэна стали совершенно нечеловеческими, белки полностью скрылись за тьмой, но она помнила его взгляд. Они были прикованы к ее пухлым розовым половым губам, к влаге, которая придавала им блеск, и подействовали на нее так же глубоко, как физическое прикосновение.
Но это не означало, что, если бы он продолжал смотреть, а не гладить, она не оторвала бы ему крылья и не использовала их, чтобы избить его до потери сознания.
До ее слуха донеслось медленное, тихое движение воздуха, и ей потребовалось некоторое время, чтобы осознать это как глубокий вдох. Баэн вдыхал ее аромат, как будто она была теплым яблочным пирогом или свежим хлебом из духовки. Будто она пахла восхитительно.
Порыв воздуха от последующего выдоха пробежал по ее коже, заставив подпрыгнуть. И снова до нее донесся этот урчащий звук, полный удовлетворения и предвкушения. На этот раз она даже почувствовала его, и ее бедра прижались к нему в непроизвольном объятии.
Не в силах больше ждать, Айви открыла рот, чтобы снова поторопить его, но Баэн издал лишь сдавленный вскрик. Наконец, к счастью, он закончил дразнить и опустил голову, прижимаясь губами к ее промежности.
Именно тогда наступил конец света, или взорвалось солнце, или ее разум разлетелся на миллиард неопознаваемых кусочков. Что-то в этом роде. Он начал разрушать ее жесткими ударами, дразнящими щелчками и жгучими укусами в самое сердце.
Она не могла думать, не могла говорить, не могла отдышаться. Даже не могла противостоять мучениям, потому что не было возможности предугадать, что Баэн сделает дальше.
В один момент его губы сомкнулись вокруг ее клитора и сосали до тех пор, пока она почти не кончила, но как только она начала дрожать и приподниматься, он отступил и прикусил ее половые губы, а затем смягчил острую боль прикосновением своего порочного языка.
Ее пятки уперлись в его спину, а запястья выкрутились в неистовых попытках освободиться, но он безжалостно удерживал ее на месте. Честно говоря, она не имела ни малейшего представления о том, куда ей предстоит отправиться, но ощущения, которые он дарил ей, были настолько сильными, что Айви не думала, что сможет их выдержать.
Он управлял ею так же легко, как капризным котенком, его хватка была непримиримой, но всегда нежной. Ее голова наполнилась глухим, хриплым звуком, и ей потребовалось время, чтобы понять, что это был звук ее собственного прерывистого дыхания, когда она пыталась глотнуть воздуха, испытывая всепоглощающее наслаждение. Баэн собирался ее убить.
Она почувствовала, как дернулись его плечи, когда он пошевелился и надавил на ее вход. Сначала Айви ощутила волну облегчения от того, что он наконец сдался и решил трахнуть ее, но долгое поглаживание ее клитора пресекло эту мысль.
Это также подтолкнуло ее на грань пронзительного оргазма. Затем она почувствовала, как что-то твердое скользнуло в ее лоно, и поняла, что это был его палец, длинный, толстый и изогнутый настолько, чтобы касаться местечка на стенке ее киски.
С таким же успехом Баэн мог зажечь в ней петарду.
Она закричала и забилась в конвульсиях, прямая стимуляция точки G в сочетании с продолжающимся давлением на клитор вознесли ее в стратосферу. Айви никогда в жизни не кончала так сильно, так быстро и так громко. Что он с ней сделал?
Чем бы это ни было, он явно не закончил. Баэн поднял голову от ее промежности и бросил взгляд, такой горячий и наполненный таким сильным мужским удовлетворением, что она едва заметила, как распахнулись ее глаза, когда она кончила. Это не означало, что Айви могла сосредоточиться на чем-либо… он ослепил ее чистым экстазом… но это было интересно отметить.
— Еще раз, — прорычал Баэн, и Айви покачала головой.
— Нет. Пожалуйста. Я не могу.
— Нет, ты можешь, малышка. Доставь мне удовольствие. Еще раз.
Его палец начал двигаться внутри нее, с каждым движением царапая ее трепещущие внутренние стенки. Она почувствовала, что начинает тонуть, но боролась с этим. Вплоть до того момента, когда он отстранился только для того, чтобы добавить второй палец, наполняя и растягивая ее, в то время как его большой палец умелыми движениями касался ее чувствительного клитора.
Черт. Он играл нечестно.
