Когда я была в Риме с мужчиной, за которым была замужем, я часто наблюдала за тем, как люди в парах достают ланч-боксы из рюкзаков друг друга, один держит карту, второй разглаживает, как они поправляют друг другу шляпы и ремешки от камер, выуживают билеты из карманов. Когда то же самое делали мы, я не была уверена, что хоть один из нас сумеет сделать это правильно, и всё смотрела на другие пары. В то время брак казался мне похожим на прощение, или нет, не на прощение — на признание, принятие — возраста, или смерти, или изменений, или их отсутствия. Я неустанно искала подсказки, как мне быть замужем, и искала их как в реальных людях, так и в персонажах книг и фильмов. Что я хотела у них разузнать: В каком возрасте приятнее быть замужем? Счастливее те, кто в браке давно, или молодожены? Будет брак успешным, если пожениться в юном возрасте или в зрелом; если отношения невинные или искушенные? Сколько времени супругам стоит проводить вместе, сколь сильно им позволено не соглашаться друг с другом? Чем, во всем этом, брак отличается от влюбленности? Я смотрела на пары, по которым казалось, будто их браки счастливые, и радовалась, если они слегка напоминали наш, и на пары, по которым казалось, будто их браки несчастливы, и утешалась, если наш выглядел лучше. После я чувствовала себя виноватой, потому что смотреть само по себе означало сомневаться в собственном браке. Скучные, однообразные женатые пары: почему мне кажется, что я ничему не могу у них научиться? Успешный брак рассеивается в безмолвие. Что-то распадается перед лицом этого слова.
Замужем? Так много несказанного, ненаписанного остается в тени этого высокого слова. Замужем. Называла ли я это любовью? Довольно долго да, затем нет. Зависит от того, что для тебя любовь — вес многих лет или одного мгновения. А где бы вы провели черту: первый взгляд, полгода, пять лет, десять? Поделитесь, если знаете, потому что у меня нет ответа. Знаю только, что между любовью и влюбленностью есть разница. Если бы не этот зазор, хватило бы одного слова. Необходимо мгновение любви для того, чтобы любовь повторялась, хотя, как любой клон, она может непредвиденно мутировать. Зная тебя всего пару месяцев, я уже была готова сказать любовь или предъявить право называть так нашу историю.
Диалектика «повторения» несложна, ведь то, что повторяется, имело место, иначе нельзя было бы и повторить, но именно то обстоятельство, что это уже было, придает повторению новизну{27}.
Сёрен Кьеркегор. Повторение.Так много историй о любви, и так мало — о браке, всюду лишь только истории о том, что было до; иногда — что после. Брак засасывает все истории в свою черную дыру, чтобы затем вывести их через новое поколение. Даже когда в настоящем мы говорим «я замужем», мы отсылаем к свершившемуся, к уже рассказанной истории. Мне до сих пор приходят свадебные приглашения по случаю брачного союза таких-то… как будто я могу быть свидетельницей всего спектра близости: каждого завтрака, того, как он держит нож, того, как она отпивает чай[37], маленьких проявлений нежности или не-нежности: как это бывает: секс, ссоры, примирения, от и до. Во время некоторых свадебных церемоний до сих пор говорят женатое положение — состояние твердого тела, обратное действию. В твердотельном накопителе нового ноутбука, который я взяла с собой, нет движущихся частей. Он сохраняет данные «постоянно» и непрерывно реорганизует память нелинейным образом, перерабатывая прошлое в настоящее. Информацию нельзя необратимо удалить, разве что специальным методом, но, если диск ломается, как правило, все данные — вся история — исчезают. Я не в силах подобрать слова, чтобы описать безмолвие в самой сердцевине брака, а я там была. Мне всё еще интересно, что приходит на смену словам. Неудивительно, что я предпочла романтику, интернет, переписку, безвоздушный твиттер, где у людей нет ни мужей, ни жен, ни семей. Можно ли поселиться там навсегда? Да, если тебе нравится писать. Просто нажимай
Возврат
возврат
Возврат.
