Экзоскелет защитил, Малена вскочила, но над её головой вскинулось склизкое щупальце. И ляпнулось на пол, жестоко отрубленное, задёргалось, обливаясь липкой жижей. Невыносимый вопль вышиб витражи, демон конвульсивно отшатнулся, круша всё вокруг ударами оставшихся щупалец. Фигура человека мелькнула в дыму, — он ловко увернулся от бьющегося демона и отказался за спиной Шахрият.
— Йохан! — жутким голосом взревела ведьма.
Её руки обратились когтистыми лапами, она накинулась на Йохана, как сумасшедшая, норовя выбить глаза, а то и загрызть. Он ушёл от атаки, перехватил бешеную лапу, заломив её, после чего защёлкнул на шее ведьмы широкое металлическое кольцо.
— Открывай портал! — орала Малена Элишве. — Живо, эта тварь разнесёт всё аббатство!
Элишва возилась… Но с её рук слетали какие-то нелепые вспышки.
— Я не могу… — она всхлипнула и залезла под крупный обломок, скрывшись от града камней.
Демон вдребезги расквасил её укрытие и навис над ней, рыдающей, съёжившейся. Но внезапно пропал, развеялся серым туманом.
Ошейник на Шахрият раскалился докрасна, и её кожа дымилась, сгорая, однако, печать не треснула. Демоны снова застряли в теле пустынной ведьмы — шипели и выли, стремясь на свободу. Печать не пускала их — вспыхивала, ударяя энергией, и загоняла всё глубже. Шахрият жалобно плакала, размазывала кулаками слёзы и кровь.
— Возитесь с последствиями, когда нужно устранить причину! — плюнул Йохан, отшвырнув ведьму в угол. — Зарублю тебя, чёрт!
Йохан злобно замахнулся искрящим мечом.
— Дай ей шанс, — тихо попросила Элишва.
Она с трудом выбралась из-под обломков и хромая, приблизилась к Йохану, положила руку ему на плечо.
— Пожалуйста.
Молодые белёсые чешуйки постепенно скрывались под её кожей и причиняли боль. Элишва морщилась, то и дело потирая запястья и шею. Экзоскелет она получила недавно — ещё не успела привыкнуть.
— Хм, — мужчина сморщился, но меч убрал и поднял Шахрият на ноги, грубо схватив за плечо. — Чтобы это было в последний раз! И Бенедикту — молчок!
Малену досада грызла даже сейчас: как она не додумалась до ошейника? Влезла в драку с этим монстром, подвергла опасности младшую сестру. Тени ехидно хихикали, припомнив Малене этот провал. Имя Шахрият — Поглотительница демонов — способность запечатывать демонов в собственном теле и пользоваться их силой делала её одной из лучших охотниц. Но жадность и жажда владели пустынной ведьмой. Шахрият не знала меры в стремлении стать сильнее старших сестёр.
Никто не знает, как умерла Шахрият, вот только лотос в её руке почернел и увял. Тени плясали над ней, затмевая огонь в «вечной лампе». Малена замешкалась, непозволительно подарив секунду теням. По коже прошёл холодок, как сквозняк, за спиной обозначилось чьё-то присутствие.
— Малена, я здесь, я научилась! — голос Элишвы зазвенел почти наяву. — Посмотри…
Усилием воли Малена не оглянулась. Элишвы здесь нет, младшая сестра исчезла полвека назад, когда перводемон Ого вырвался из заточения.
— Посмотри! — голос за спиной быстро менялся — грубел, из капризного детского превращался в мужской.
Малена почти что бежала — хотела обойти святилище скорее, избавиться от испытания иллюзией и, наконец, понять, где Арххе возведёт тумбу для неё. Энергоконтура оставалось всё меньше, а тени всё прилипчивее лезли, сгущались, не давали прохода. И говорили без умолку, вызывая в ушах утомительный звон.
— Возможно ли высвободить силу Ключей без пятого? — осведомился гордый рыцарь с короткой седой бородой.
Святейший Бенедикт сокрушался. Нервно ходил вокруг массивного стола, гремя и бряцая золочёными доспехами, сминая в кулаке тяжёлый красный плащ. То и дело Великий Наставник угощал ударами столешницу, покрытую древними рунами. Четыре металлические пластинки лежали перед ним мёртвым грузом — похоже, что без пятой они просто хлам.
— Без пятого Ключа невозможно сомкнуть хронопетлю, — пробормотал его собеседник — тощий и коротко стриженный, со стёклами Армати, сдвинутыми на кончик носа.
Его рубаха в нелепую клетку была измята и кое-как заправлена в грубые голубые штаны со множеством мешковатых карманов, а сверху накинут тонкий белый плащ. Миркин Странный — так его звали, а Святейший Бенедикт называл ещё и чудным прозвищем: Профессор.
— Можно ли использовать Тайный ключ? — сухо осведомился Великий Наставник и, наконец, остановился.
Его свирепый взгляд упал на юркую ящерицу, что вцепилась Профессору в плечо.
— Да уберите же эту нехрональную пакость! — вскипел Святейший Бенедикт, отчего бедный ящер свалился Миркину в карман плаща и там исчез.
— Позвольте, — Профессор встал на защиту зверушки. — Амадеус вовсе не пакость. Гилономы, видите ли, отлично чуют разломы…
— Ладно, чёрт с ним, — Святейший Бенедикт взял себя в руки. — Так можно ли использовать Тайный ключ, Профессор?
— Тайный ключ годится только для проброса малых масс, — Миркин отрицательно покачал головой. — Боюсь, что вам он не поможет…
