Смешно… Красин за свою жизнь видел многое и давным-давно перестал удивляться чужим привычкам. Мало ли на свете извращенцев? На фоне кое-кого развлекаться в виртуальном мире — это так, мелочь с элементами экзотики. И сложно было предположить, что рано или поздно не появится заведение вроде этого. Реально — вопрос времени, не более того.
Конкретно здесь и сейчас можно было выбрать даму на любой вкус и цвет. Разной, так сказать, ценовой категории. Большинство, конечно, искусственные, но попадались и вполне живые. А что, некоторым девочкам тоже хотелось экзотики, а заодно неплохого заработка без возможных последствий вроде инфекции либо нежелательной беременности. И, как подумалось Красину, помнившему свой визит в американский сектор, некоторые из них были вовсе не девушки, а склонные к развлечениям бабушки. Впрочем, его данное обстоятельство волновало в последнюю очередь.
Были девочки, были и мальчики. Из веселой компании, что сейчас здесь лежала, двое были стриптизерами, а третий, который спускался последним, не просто танцором, а существом нетрадиционной ориентации. Он, кстати, главную партию исполнял. Узнав, кого он бил, Красин с заметным усилием погасил желание тщательно продезинфицировать руки. Но, к счастью, они шли не на выступление, а с него, отдыхать, так что хватятся их далеко не сразу. И то хлеб…
— Ладно, сладкие, — резюмировал Красин, определившись в ситуации. — Лежите покуда, отдыхайте. Спеленал я вас не то чтобы сильно, развяжетесь сами, но если раньше чем через полчаса вылезете, утоплю. Ферштеен? Нихт ферштеен? Дать в глаз?
Интересно было наблюдать за их рожами, пытающимися ответить сразу на несколько взаимоисключающих вопросов с кляпами во рту. Усмехнувшись, Красин встал и вышел, закрыв за собой дверь. Ну все, теперь ясно, по какой лестнице идти, а значит, можно надеяться, что больше ему навстречу никто не попадется.
На сей раз до места назначения он добрался беспрепятственно. Да и чего там добираться? Три этажа (ой, сорри, палубы) вверх, коридор… Несмотря на псевдоморской колорит, он был абсолютно безликим. Как, впрочем, и почти во всех гостиницах. Нужная дверь… Банальная филенка, хоть бы загримировали как-то, что ли. Трофейная карта доступа и здесь не подвела. А вот петли смазаны хорошо, ни скрипа, ни шелеста, и замок мягко-мягко закрылся, что радует. Впрочем, судя по доносящемуся из душевой плеску воды, обитательница номера и так бы не услышала. Красин машинально, скорее по неистребимой, за годы въевшейся привычке, усмехнулся, вошел в комнату, повернул кресло так, чтобы контролировать все помещение, и уселся, с интересом разглядывая номер.
А ничего так, миленько. Номер явно не из дешевеньких. Комната одна, зато огромная. У Татьяны квартира поменьше будет. Огромный телевизор… Блин! Заходить в виртуальный мир, чтоб посмотреть телевизор! Абсурд… Но ведь, похоже, в этом не видят ничего особенного. Даже не подозревают, что это извращение похлеще виртуальных любовниц. И потому здоровенный экран на стене висит, бормочет что-то, воспринимаясь обычной частью интерьера.
Кровать. Нет, не так. КРОВАТЬ!!! Пятиспальная, не меньше. Ну и все остальное соответствует. Один дизайнерский журнальный столик, ножка которого составлена из хрустальных многогранников, отбрасывающих разноцветные блики во все стороны, чего стоит! Интересно даже, на фига это в виртуале. Или так неудачники там, снаружи, тешат здесь свое эго? Может, у хозяйки спросить? Впрочем, не сейчас, немного позже. Не мешать же даме мыться, еще не так поймет.
А вот сейчас поняла адекватно. Вышла из душа, закутавшись в огромный, до полу, ослепительно белый от чистоты махровый халат и бодро вытирая волосы. Увидела Красина — и глаза у нее полезли на лоб. Федор улыбнулся ей. Широко и с чувством, своей фирменной обаятельной улыбкой. В свое время сослуживцы говорили, что от нее крокодил поседеет.
— Ну, дарова, чупакабра! Ты только не ори и лишних движений не делай — стреляю я без предупреждения.
— З-здраст-те…
— Тебя как зовут, чучело?
— Р-рита… — пробормотала девушка, не сводя глаз с пистолета, отслеживающего каждое ее движение.
— Рита, Рита, Маргарита, там, где нужно, вся побрита, — усмехнулся Красин, продолжая держать ее на прицеле. — Редкое по нынешним временам имя. Ты присаживайся, присаживайся, места хватает, а зря ноги бить грустно и скучно. Посиди… напоследок.
— Вы кто…
— Тот, кто вынес тебя из огня. И кого ты решила убить в приступе благодарности. Да ты присаживайся. Я все-таки хочу вначале задать тебе пару вопросов.
— Я…
— Ты, ты. Садись, я сказал!
Она села. Точнее, плюхнулась. Так, словно из нее разом вынули все кости. Смешно, но даже сейчас в этом богатом номере, среди типовой гостиничной роскоши, она выглядела на своем месте. Красивая баба… И что ее понесло в это дерьмо?
