— Да он это, он.
Светлана тоже медленно кивнула. Красин удивленно поднял брови:
— А что, имелись сомнения?
— Имелись, — серьезно ответил Варламов. — Мы тебя на этот раз не смогли отслеживать. Вообще. Ты как зашел туда — и все, будто в коконе. На твой образ просто невозможно было настроиться.
— Понятно, — кивнул Федор и подумал, что, похоже, его новые знакомые умеют не только устраивать танцы с игровым временем, но и обеспечивать трюки посерьезнее. — А почему тогда появились вопросы с моей… идентификацией?
— Видишь ли… — Света на миг замялась. — Помнишь, тебе говорили, что засылали разведчиков? Так вот. Однажды из виртуального мира вылезло что-то не то.
— Тавтология. Что именно не то?
— Совсем другая личность. Нам не удалось выяснить, какая именно — тот, кто завладел телом разведчика, сразу атаковал, и его… нейтрализовали.
— Пристрелили, так и скажи, — фыркнул Красин. — И чем я сподобился оказаться в числе подозреваемых?
— В тот момент тоже исчезла возможность наблюдения. Один в один.
— Так, а почему я обо всем этом не знал?
— Шеф сказал не распространяться. Вдруг испугаешься…
— Идиоты, — пробормотал себе под нос Красин. Света, что характерно, смущенной не выглядела, только плечами пожала. Ну а что? Приказ есть приказ. Красин в ответ кивнул, но зарубку на память сделал. Так, на всякий случай. Теперь вопрос, что от него еще могут скрывать, стоял в полный рост, и следовало учитывать незапланированные осложнения. Что же, кто предупрежден — тот вооружен, древние римляне умели рожать дельные афоризмы.
Вот так вот. Считай, подставили. Зря, к слову. Одно дело, когда работаешь с нанимателем «на доверии». Чисто психологически стараешься куда сильнее, чем если занимаешься тем же самым «для галочки», отрабатывая гонорар. Никаких обид, наемнику, пока ему честно платят, эмоции не положены, но все же, все же…
Закидывая пищу в рот, как поленья в топку, и почти не чувствуя вкуса, Красин искоса наблюдал за остальными. Светлана вела себя, как всегда, не испытывая лишних эмоций. А вот друг Игорь, похоже, чувствовал себя малость не в своей тарелке. Его, к слову, можно было понять. Как-никак, это Варламов ухитрился втравить Федора в сомнительную… Да что там, начинающую откровенно смердеть историю. И даже если захочет он сейчас сдать назад, ему это никто не позволит. Тут и Баскаков со своими нехилыми возможностями, которому дезертирство гарантированно не понравится. И личные мотивы, та же Света. А ведь она де-факто окрутила отставного морпеха и контролирует его вполне надежно. Деньги, власть, секс — этими морковками любого можно держать на коротком поводке. Теперь Варламова придется не то чтобы подозревать, но относиться к нему с осторожностью уж точно. Возможно, конечно, это и мания преследования, но иногда лучше быть живым параноиком, чем мертвым психиатром.
Нет, все же решительно права была мама, когда говорила: есть только два плеча, на которые можно опереться. И эти плечи твои собственные. Как ни крути, а разгребать ситуацию придется самому, и, что характерно, пока не просматривается ни единой зацепки. Куча несвязанных между собой осколков. Или… связанных?
— Ты скоро? — о, это вновь Света. Красин посмотрел на нее с усмешкой.
— Что, опять шеф вызывает?
— Нет, но стоило бы доложиться о том, что за аномалию ты там ухитрился отыскать.
— Сам планировал. Но сначала в бассейн. Или нет, давай по дороге к озеру свернем. К голубому. Знаешь дорогу?
— Знаю. А зачем?
— Хочу навык проверить. Не волнуйся, от пятнадцати минут ничего не случится. Небо не рухнет, мир не перевернется, у твоего шефа диарея не появится… Хотя насчет последнего можно и поспорить, в конце концов, от просроченного беляша еще никто не застрахован.
— Все-все, я поняла, — махнула рукой Света. — Давай тогда собирайся.
— Нищему собраться — только подпоясаться. Игорь, ты остаешься. Во-первых, ты у нас раненый, а во-вторых, кто-то же должен проследить, чтоб к «гробу» никто не подходил и ничего в нем не вертел.
Варламов согласно кивнул, но вздохнул так тяжко, что у самого бесчеловечного создания дрогнуло бы сердце. Красин, впрочем, остался глух к его безмолвным протестам. В хорошем темпе собравшись, он плюхнулся на сиденье внедорожника и махнул рукой устроившейся за рулем Свете:
— Гони!
Та поняла его буквально. Взвизгнули покрышки, и тяжелая машина с пришпоренным табуном под капотом рванула с места так, что Красина вжало в кресло.
