Я говорю максимально холодно и спокойно, чтобы не скатиться в истерику. Тот, кто теряет контроль над своими эмоциями, не владеет ситуацией. А контроль мне сейчас необходим, как никогда раньше.
– Прекрати, Варя, мы же договорились, что ты не станешь… – начинает было Влад, но меня буквально трясет от его попытки заткнуть мне рот.
– Да будь ты хоть раз мужиком, Влад! Расскажи им, какой ты герой на самом деле и где преуспел!
– Что здесь происходит? – холодно спрашивает у нас хмурый Марк, которому никогда не нравились чужие публичные разборки. – Идите-ка вы домой, друзья. Семейные проблемы на то и семейные, чтобы обсуждать их в кругу семьи.
– Не зарекайся, Марк. Кто знает, может, скоро мы и породнимся, – отвечаю я ему его же тоном, но мои губы подергиваются от горечи.
– Влад, – тихо шепчет, как ей кажется, Марьяна, умоляюще глядя на моего мужа, но в образовавшейся гробовой тишине ее шепот звучит, как рев.
– Может, кто-то из вас объяснит нам, что за цирк вы устроили?
Даже Аня мрачнеет, заметив, как нервничает ее дочь. Мать она чуткая и хорошая, вот только дочь упустила из виду.
– А ты у дочери своей спроси, Аня. Не принесет ли она тебе в подоле сына или дочку?
Я язвлю, уже не в силах сдерживать гнев. Ни Влад, ни Марьяна не признаются, словно верят в то, что я отступлю от своих намерений, но они оба полные идиоты, если и правда считают, что после того, какой царский подарок, возможно, мне преподнесли, я их пощажу и еще прикрою.
Марк резко встает со стула, отчего тот падает с грохотом на пол, и бьет кулаками об стол, заставив всех вздрогнуть, в том числе и меня. А по позвоночнику проходит дрожь страха. Никогда еще я не видела его таким агрессивным.
– Прекратить это безобразие в моем доме! Вы что тут оба устроили?! Я вас пригласил не для того, чтобы вы выясняли свои отношения и портили нам настроение! И не смейте вообще открывать свои рты на мою дочь!
Рык Марка настолько грозен, что даже я отшатываюсь. Что уж говорить про Влада.
Воцарилась тишина. В которой слышно, как гулко муж сглатывает, чуя надвигающиеся проблемы.
– Марк, не надо, успокойся, – тихо говорит Аня и хватает руку мужа, чтобы он перевел взгляд на нее. Всё это время тот буравит Влада, который даже не набирается храбрости, чтобы глянуть хозяину дома в глаза.
В этом Марк вызывает уважение. Всё это время именно я провоцировала конфликт, но Марк из тех мужчин, которые предпочитают разбираться с такими же самцами, считая, что за свою женщину отвечает именно мужчина.
Ане с мужем, может, и повезло, а вот мне нет, так что приходится расставлять границы и защищать себя самой.
– А ты не повышай на меня голос, я тебе не дочь и тем более не жена, – холодно произношу я и встаю следом, чтобы не смотреть на Марка слишком снизу вверх.
– Я уважаю тебя и с женщинами не воюю, Варвара, но если ты собираешься сейчас опорочить имя моей дочери, для тебя я сделаю исключение.
Алёхин продолжает опираться кулаками об стол и смотрит на меня предупреждающе потемневшими глазами, но меня этим не проймешь. За годы работы в прокуратуре я и не с такими личностями сталкивалась, так что не дрожу, как какая-нибудь трепетная лань.
В отличие от Марьяны, которая втягивает голову в плечи при криках отца и старается казаться незаметной. Смотрит при этом повлажневшими глазами на Влада, но тот слишком труслив, чтобы вести себя, как настоящий мужик.
Мне становится противно, что он молчит и даже не встает, словно Марк ему начальник. Даже если бы так и было, его поведение просто-напросто аморально, ведь вместо него разборки учиняет его глубоко беременная жена, за которую он не в состоянии заступиться.
– Опорочить? – усмехаюсь я Марку в лицо, ведь он единственный тут мужик. – Она прекрасно с этим справляется сама, так что не надо меня обвинять. Ты лучше все свои обвинения адресуй по месту назначения. Ну что же ты молчишь, Влад? Надеешься, что проснешься, или что я заткнусь? Серьезно? Может, возьмешь на себя, наконец, ответственность и признаешься, что уже давно спишь с Марьяной? М? А ты, девочка, неужто выросла да не научилась нести за свои поступки ответственность? Надеялась скрыть от родителей своего взрослого любовника, который годится тебе в отцы? Хотя Влад же старше твоего отца на два года, Марьяна, неужели не противно спать с ним было? И не ври, что он так хорош в постели, я замужем за ним почти тридцать лет, уж мне-то можешь не врать о его постельных подвигах в кавычках.
Мне доставляет наслаждение, наконец, выговориться в образовавшейся тишине, но в середине речи Марьяна вдруг всхлипывает и со слезами убегает из кухни. Аня растерянно смотрит на мужа, на Влада, на меня, а затем бежит за дочерью, оставляя нас троих наедине.
Влад поднимается, осознавая, что глупо уже отрицать очевидное, когда реакция Марьяны подтвердила мои слова.
– Влад, – ледяным тоном произносит Марк и переводит взгляд на своего друга. – Объяснись. Ты совратил мою дочь?!
Последнее он уже выплевывает, не сдерживая гнева, который распирает его грудную клетку.
