Последние её слова, будто ледяным вихрем врезались в моё тело, подбросили его, скользя холодом по венам, превращая меня в кусок айсберга, и, закончив скорый виток, вырвались наружу через кожу прозрачным воздушным облаком, возвращая моему телу кокон из тепла.
— Господи! — распахиваю резко глаза, пытаясь надышаться воздухом. — Что это было?
Я словно вынырнула из ледяной глубины на поверхность. Сердце колотиться на пределе, делая болезненные рывки. А в голове ещё витает шёпот: «Приходи в себя… Почувствуй его… Так нужно…» К чему приснился этот кошмарный сон? И сколько таких я ещё увижу?..
— Вика… — сдавленно произношу, отпуская слёзы на волю. — Я не могу смириться с тем, что тебя больше нет… Не могу, родная… Не могу…
Вытирая ладонями безутешные слёзы, пытаюсь напрячь извилины и вспомнить, как я оказалась в гостевой комнате в доме Исаева.
Здесь я часто ночевала, когда приезжала к ним погостить, но в этот раз меня сюда доставили явно без сознания. Раздели и уложили в кровать совершенно голую. Охранники Андрея не стали бы этого делать… Кроме Натальи больше некому.
Тоска новым витком сдавливает мою душу до тошноты.
— Тим!
Словно кнутом по оголённой коже ошпаривает меня воспоминание. Тимочка. Нужно его найти! Срочно!
Срывая с себя одеяло, резко поднимаюсь с кровати, отыскивая взглядом хоть какую-то одежду рядом. Всё сложили в шкаф.
В три шага достигаю цели, распахиваю дверцы мебели, достаю первую попавшуюся футболку, бельё и потёртые домашние джинсы. Одеваюсь наскоро, едва справляясь с молнией на ширинке. Пальцы настолько сильно дрожат, что не желают справляться с задачей без заминки.
— Ян..? — в ответ на моё ругательство, раздаётся тихий голос поварихи за дверью. — Можно войти?
— Входи, Наташа! — отзываюсь, направляясь к комоду за резинкой для волос, собирая по пути пряди в пучок. Приводить себя в божеский вид нет ни сил, ни желания.
— Проснулась? Как ты себя чувствуешь? Я чай травяной заварила. Принести тебе в комнату или спустишься вниз?
— Тима где? Как он? — взволнованно выпаливаю, оглядываясь по сторонам в поисках мобильного.
Пора позвонить Косте. Сейчас он мне нужен, как никогда. Я не справлюсь с горем одна. Необходимо оповестить маму о трагедии. Не представляю, что я ей скажу, и как переживёт её больное сердце эту беду.
— Он играет на улице с мужчиной, который тебя привёз из больницы.
— С охранником, что ли?
— Ян, ты что, ничего не помнишь, детка?
— Нет. После того, как свалилась без чувств у бездыханного тела сестры, не помню ничего.
— А Евгения тоже забыла?
— А этот что здесь делает? Его меньше всех хочу видеть. Это он с племяшей играет? А как же температура?
— Да нормально всё с мальчиком. Лучше посмотри в окно. Тимка с отцом, земля ему пухом, не был так счастлив, как с ним. Сразу нашли общий язык. Машиной его увлёкся, гонщик маленький.
— Никакой он не гонщик! Мне с лихвой хватило пристрастий сестры. Я сейчас спущусь, только Косте позвоню.
— Яна, мобильник в тумбочке. Я его на беззвучный режим поставила, чтобы ты хоть немного поспала. У няни сегодня выходной, но она придёт к обеду присмотреть за Тимом. Руслан Георгиевич вынуждено вернулся из Польши. Предупредил, что заедет к тебе сегодня. Хочет обсудить вопросы, касающиеся похорон брата. Просил его дождаться.
— Так уж и просил? Этот умеет только приказывать, — ворчу я, массируя пульсирующие виски. — Час от часу не легче. Я его органически не перевариваю.
— Из-за последнего семейного праздника?
— Ну, знаешь! — неожиданно вспыляюсь я. — Не очень-то приятно, когда тебя зажимает к стенке взрослый мужик, изучая пальцами кружевное бельё, да ещё и лезет с непристойными предложениями. У меня до сих пор щёки пылают и гнев вспыхивает, как фосфор, стоит лишь вспомнить о прошлом Рождестве.
— Больше года прошло, Ян. Забудь. Он, вроде бы, имеет там какую-то содержанку модель. Может забыл уже, как рвался жениться на пьяную голову.
— Ой, блин! — болезненно морщусь, скрипя зубами. — Не напоминай, пожалуйста. Надеюсь, что его приезд в Москву будет краткосрочным.
— Навряд ли, Яна, — Наталья задумчиво хмурится. — Исаев младший, как соучредитель компании, займёт место покойного Андрея Георгиевича. С ним не нужно воевать. Вам с Тимохой материальная поддержка нужна в первую очередь.
— Мне нет дела до компании Исаевых! — мысль о вакансии на роль содержанки Руслана становится невыносимой и отвратительной. — Пусть занимает хоть кресло президента страны. А вот до Тима есть. Добьюсь усыновления племянника и перееду в свою квартиру. Нет больше сил здесь оставаться. Все эти стены давят на меня воспоминаниями. Ещё немного — и я сойду с ума.
— Я пойду обед готовить, — Наталья вздыхает, опуская плечи. — Жду тебя на кухне. Не забудь про чай, не то остынет. Да и позавтракать тебе нужно. Так недолго и до очередного обморока. Тимка с Евгением уже покушали.
— Хорошо. Спасибо тебе, Наташ. Прости, я сейчас на взводе. Не знаю с чего начать. Руки опускаются…
— Да не за что. Держись, девочка. Нужно учиться с этим жить дальше. Отпусти Вику. Подумай о Тимофее. Ты ему сейчас нужна сильная и собранная, нельзя падать духом.
