— Знаю я таких девиц, общался по самое не могу. Поговоришь минут пять — сплошная романтика. Италия, Тоскана, кипарисы, лунные ночи, звезды над холмами. И никаких разговоров о деньгах или побрякушках. А внутри дикая смесь этой самой романтики с эгоизмом и расчетом. Думаешь, почему она на Никиту запала? А потому, что у него фирма и он на «мерседесе» приехал. А будь он водителем трамвая, то вся романтика была бы побоку, кормила бы сухими омлетами и пусть говорит за это спасибо. И никакого вина при заезде. Вот вам ключи, ваш дом за углом направо. Говоришь, что она своего Андреа в Москве отловила? Бедного фотографа на удочку поймала? Ха, она узнала, что у него усадьба в Тоскане. Будь он поваром в пиццерии и жил бы в какой-нибудь студии, то никакой бы Тосканы у нее не случилось. Водила бы она по Москве экскурсии, да искала бы того, кто решит ее проблемы.
Я решил заступиться за Алену.
— Ее баба Маша и баба Настя обожали. До сих пор с теплотой вспоминают.
— Да это никаких проблем, если голова на плечах, — сказал Костомоев. — Она артистка, я сразу это понял, когда Наталья рассказала. Кому надо улыбнуться, кого обнять нежно, пылинку с плеча стряхнуть — много ли старухам надо. Они за всю жизнь никакой ласки толком не видели. Горбатятся с утра до вечера, какие тут нежности. Людьми манипулировать легко — хвали их, и они растают, последнюю рубашку тебе отдадут. А она, понимаешь, страдала в Италии. Молодец Андреа, что на кухню ее определил. Там ей самое место, за все надо платить, а не сопли по стене размазывать. Неужели Никита не понял, что это за штучка? Нахрена он эту Алену сюда в деревню приволок, он что, совсем сдурел?
Я не стал возражать. Жизнь сложнее, чем представление о ней Костомоева, так что зачем спорить, не зная всей истории. Да и что он мог понять об Алене с чужих слов, не видя ее, не слушая ее сбивчивого рассказа, не побывав на усадьбе, где она днем работала на кухне, по вечерам плакала у бассейна, а ночью писала свои грустные сказки?
Добравшись до Рима, я, как и Никита, взял напрокат «мерседес». Машина была не новой, и я подумал, что именно в этой машине и поехали Никита с Ириной. Адрес усадьбы, где жили Алена и Андреа, я нашел в сети, забил его в телефонный навигатор и отправился в путь. День быстро угасал, солнце уже скрылось за холмами, но продолжало освещать облака, раскрасив их в розовый цвет. Через час стало совсем темно, машина мчалась по широкой магистрали, слева мелькали огни городков на вершинах холмов, прямо передо мной поднималась огромная красная луна. Я прикинул, что до усадьбы доберусь часам к одиннадцати. И что я там буду делать? Скажу, что заблудился и попрошусь переночевать в гостевом домике. А если он занят? Я даже не проверил на их сайте свободен ли он. Ну и ладно, тогда извинюсь и вернусь в Пиензу — должны же там быть отели. Сейчас не сезон, место найду. А если что — переночую в машине под каким-нибудь кипарисом.
Навигатор сообщил, что надо съехать с магистрали, повел меня по узким дорогам, вывел на окраину Пиензы и направил на разбитую дорогу, вьющуюся между темными холмами. Минут через двадцать он сообщил, что я уже у цели. Я вспомнил рассказ Никиты, проехал немного вперед и нашел грунтовку, ведущую, как я понял, к цели. Ага, вот и парковка, дорожка с гравием, фонари, старый каменный дом, увитый плющом. Приехали! Я нажал кнопку звонка.
Тишина. Я позвонил еще раз, и в соседнем с дверью окне зажегся свет. Мужской голос спросил что-то по-итальянски.
— Это Андреа? — спросил я по-английски.
Дверь открылась, в проеме стоял мужчина лет сорока, с коротко стрижкой, в длинном теплом халате.
— Кто ты? — спросил он по-английски.
— Я хотел бы снять у вас жилье, — сказал я. — Мой друг жил у вас с женой и рекомендовал вас.
Мужчина кивнул, сказал, чтобы я подождал и ушел в глубь дома. Минут через пять на крыльцо вышла женщина в спортивных брюках и белой футболке. Такой Алену и представлял: красивая, стройная, подвижная, темные блестящие глаза.
— Алена? — спросил, вернее почти утвердительно сказал я. — Слышал о вашем доме от друзей, простите, что не зарегистрировался заранее. Могу я пожить у вас несколько дней?
— Проходите, — сказала Алена, улыбнулась, пропустила меня внутрь дома, а сама направилась к деревянной стойке. — Ваш паспорт, пожалуйста.
Я протянул ей паспорт и кредитную карту.
— Я друг Никиты, — сказал я. — Он как-то отдыхал у вас.
Алена вздрогнула, но головы не подняла, продолжая вносить паспортные данные в компьютер.
— Все в порядке, — сказала она, протянула паспорт, кредитку и ключи, прицепленными к тяжелому латунному шарику. — Будете уезжать — отдавайте ключи мне. Перенесете вещи и перегоните машину на парковку у входа. Ваш дом с номером два за углом, идите по дорожке мимо фонтанчика. В доме кухня, маленькая гостиная и две спальни — выбирайте любую. Утром приходите на завтрак. Это на веранде слева от входа. Завтрак с восьми до десяти. Потом я убираюсь и веранду закрываю.
— У вас есть еще гости? — спросил я.