…я все же повернулся и заметил… вмятину в асфальте, которую могла бы оставить курица, если бы весила тонн двадцать. Обойдя машину, я увидел целый ряд таких, уходящих вверх по улице. И, судя по всему, дело было не в том, что в Москве редко дороги ремонтировали. Тут и правда ходил кто-то немаленький.
— Не было.
На несколько секунд все замолчали. Когда мы дрались с нгор’о около Хамртума, чуть ли не больше всех проблем нам доставил «синий» богурун как раз из-за своих диких размеров. Если бы не метки, вообще не факт, что мы бы с ним справились.
— Может у него просто ноги большие? — предложил я. — А сам он некрупный? Вроде Чирика?
Брови Савойи чуть приподнялись, но после опустились обратно.
— Это такая шутка?
— Гм… да.
— Она не очень смешная, Кирилл.
— Совсем несмешная, Марагаз, — добавил Чирик.
Оба посмотрели на меня с осуждением.
— Идемте внутрь, лекарства сначала найдем, — хитроумно сменил тему я.
Внешне здание лаборатории выглядело как обычный офис. С помощью мануса Савойя подвесил над нашими головами несколько Светляков, которые позволили разглядеть установленные на входе турникеты и рамки-металлоискатели. На одной из них были заметны следы крови, но в остальном все выглядело цивильно.
Я огляделся в поисках таблички с номерами кабинетов, но ничего похожего на нее не нашел. Была бы это аптека или хотя бы медицинский склад, я бы понял, где искать, а тут…
— За тем поворотом мертвец, — сказал держатель, указав вперед. Он не переставал просеивать все вокруг поисковыми заклятиями.
— Да, там хирак небольшой, — сказал я, проверив коридор мертвозрением. — Я разберусь.
— Нам туда?
— Погоди пока.
Вот же… Степан продиктовал мне названия лекарств, но сколько это займет времени, если придется все здание обыскать?
— Думаю, нам лучше разделиться, — сказал я.
— Эй, Марагаз! — тут же всполошился Чирик. — К раллу — разделиться! Во всех быльках, как только кто-то разделяется, им сразу то головы откусывают, то хиры! А мне нужен хир!
— Идите вдвоем с Келином, — сказал я. — Прикроете хиры друг друга. Не забывайте, на вас метки, большинство мертвецов вам ничего не сделает. Иначе мы долго будем искать.
Читать по-русски, они, конечно, не умели, но я наскоро описал им, как могут выглядеть упаковки с медикаментами. Вместе мы дошли до первой развилки, там я ненадолго прикрыл глаза, чтобы все-таки проверить здание на максимальной интенсивности мертвозрения…
— Подождите.
— Что?
— Сначала вместе одно место проверим.
Мы поднялись на третий этаж, прошли через коридор до комнаты, где на столе ровными стопками лежал десяток аккуратных упаковок. С теми самыми названиями, о которых мне говорил Остро́в. А рядом, прижатый магоэлементом — который я и ощутил в мертвозрении — лежал листок бумаги.
— Камень девы, — сказал Савойя.
— Что? — не понял я.
— Это камень девы, — указал держатель на желтоватый камешек с небольшими темными прожилками.
Я тут же вспомнил, что уже видел такие. Они были в коробочке среди вещей людей Зомедона, когда я впервые встретил Чирика. Потом я скормил их мертвецам в Синей Скале, когда уводил их из фактории.
— И что, это какие-то особенные магоэлементы?
— Как рралова шакта они особенные, — бросил Чирик. Не останавливаясь у стола, он прошел в кабинет глубже, заглядывая по пути в шкафы, открывая ящики. Видимо, еще журналы искал. — Семь ядер всего, как у канта обычного. Даже с девками веселыми не покрутиться.
— Обычный магоэлемент, — подтвердил слова искателя Савойя. — Он довольно редкий, но магических ядер в нем немного, потому его почти нигде не используют. Найти можно на мелководье любой магической реки, но происходит это очень редко, потому специально этим не занимаются.
— А почему такое странное название?
— Не знаю.
Подумав секунду, я все-таки спрятал магоэлемент в карман. Не очень хотелось себя демаскировать — кроме него у меня только Аргумент был из сломанного тропала, но теоретически это могло быть важно.
— Это те самые лекарства?
— Да.
— А что там написано? — Келин указал на листок.
— Там…
Я помедлил.
— Ты можешь не говорить, — тут же прикрыл веки Савойя.
— В смысле, не говорить⁈ — возмутился Чирик от окна. — Давай говори, марагаз!
— Да это не секрет. Сейчас…
Мне вдруг стало как-то… неловко что ли. Я только теперь понял, что до этого рассказывал о нем только Бандару с Чириком, но что одного, что другого полностью здравомыслящими людьми назвать было нельзя. А тут полностью адекватный Савойя.
— Тут написано: «Чтоб не шаромыжился тут по темноте. Д.».
— Шаро… как?
— Шаромыжился, — ответил Чирик вперед меня. — Искал с глазами выпученными, но найти только шакту мог.
Я говорил, что он меня порой пугал? Я сам-то едва знал, что это означает.
— А подпись?
— Джонни, скорей всего.
Я коротко рассказал Келину о моем опыте общения с кожаным гоблином. И тот, на удивление, воспринял мои слова предельно серьезно.
— Это все не просто так, Кирилл, — сказал он, когда я закончил рассказ. — Ты говоришь, он состоит из магии, это не какие-то лазры на нем?
— Нет, я чувствую его, как… заклятие, но очень-очень стабильное, — ответил я, подумав.
