Эдуард Эдуардович Понтович (1886–1941) даже на фоне неординарных героев данной книги был личностью уникальной. В настоящее время он более известен не как ученый-финансист, а как философ[788]. В связи с этим по формальному признаку он более других достоин стать персонажем известной книги американского экономиста Р. Хайлбронера (1919–2005) «Философы от мира сего» (русский перевод: М., 2008). Если же говорить серьезно, то и в сфере права Э. Э. Понтович отметился публикациями по теории и философии права[789].
Сферу его деятельности во многом предопределило начало его общественной и академической карьеры. Уроженец Иркутска (родился 26 августа 1886), он в юности примкнул к революционному движению, был исключен из гимназии и окончил ее уже экстерном в Красноярске. Затем он поступил в Петербургский университет, где параллельно обучался на юридическом и философском факультетах. Революционной деятельности при этом он не оставил, за что арестовывался, несколько месяцев провел в тюрьме. По окончании университета в 1911 г. он продолжил изучение истории права, совмещал практическую работу с преподаванием в Петроградском коммерческом институте. По некоторым данным, одно время он преподавал в Рижском политехническом институте, получил степень доктора в Дерптском университете (вероятно, в 1918), в 1917 г. зачислен приват-доцентом Петроградского университета. После февральской революции сотрудничал с Временным правительством, участвовал в подготовке Положения о выборах в Учредительное собрание, являлся членом Комиссии по выборам в Учредительное собрание[790], опубликовал несколько работ по данной тематике. После октябрьского переворота остался в Петрограде.
В конце 1918 г. приглашен профессором в Иваново-Вознесенский (бывший Рижский) политехнический институт на социально-экономический факультет ФОН (декан факультета – Н. Д. Силин (о нем см. далее)). Э. Э. Понтович был там заместителем декана и заведующим (деканом) правовым отделением. В этот период он активно занимался проблемами финансового права, теории и философии права, не оставлял общественной деятельности.
В 1923 г. он переводится в Москву, преподает в Московском институте народного хозяйства. Наконец, в 1925–1935 гг. он работает в аппарате ВЦИК СССР консультантом по составлению и публикации законов, затем – редактором-консультантом. Именно в этот период были опубликованы его основные труды по финансовому праву, напрямую связанные с его профессиональной деятельностью[791]. Публикации касались преимущественно проблем финансового контроля. В этой части особый интерес представляет его работа «Финансовый контроль» (Л., 1928). В ней он рассмотрел теоретические вопросы: понятие, виды и методы финансового контроля, вопросы истории становления и развития советского финансового контроля, а также провел сравнительно-правовой анализ финансового контроля в государствах Западной Европы и в старой России.
Он считал, что финансовый контроль должен строиться на принципах: 1) строгой централизации как государственный контроль; 2) независимости от административной системы, так как является по своей природе бюджетным контролем, элементом парламентского контроля. Автор отметил, что в практике Западной Европы сложились две основные системы финансового контроля: система административных форм деятельности финансового контроля и система судебной формы деятельности финансового контроля. При этом, по мнению автора, финансовый контроль может действовать одинаково успешно и в той, и в другой формах. Все зависит от конкретных особенностей политической, финансовой организации государства[792]. Финансовый контроль должен дополняться общественным контролем. Э. Э. Понтович писал о необходимости его создания на местном уровне (сельских советов и волостных исполнительных комитетов).
Будучи специалистом в сфере финансового контроля, он неоднократно публиковал статьи по вопросам совершенствования деятельности контрольных органов. Так в одной из статей, посвященных реформе финансового контроля, он высказал свое мнение о необоснованности отказа финансового контроля от системы сплошной документальной ревизии,[793] чем вызвал огульную критику некоего Д. Лукашевкера. Тот обвинил Э. Э. Понтовича в том, что последний бракует не отдельные проекты, а саму идею пересмотра системы работы советского финконтроля[794]. Результаты подобной критики в печати в те годы ему припомнили позднее.
В 1935 г. Э. Э. Понтовича переводят на работу в Книжную палату, а в 1936 г. следует арест и ссылка (Тур-Куль, затем – Магадан). Умер в заключении от туберкулеза в 1941 г. Пострадала и его семья, а одна из дочерей, Елизавета, была расстреляна в 1942 г. в Казани.
