Смогла бы я простить то, что он женился на мне без любви? Просто закрыть глаза на весь тот период до свадьбы, когда наши отношения не были близки?
Конечно, он поступил очень плохо, спору нет, но ведь он полюбил меня в итоге. Он понял, как был не прав, все осознал, прочувствовал и теперь явно сожалеет.
Да, признаться, он и не изображал никогда неземную любовь, когда мы еще только встречались. Я сама себе ее надумала. Оглядываясь сейчас назад, понимаю, что он всегда был довольно холоден и отстранен.
Мы встречались два-три раза в неделю, ходили куда-то: рестораны, кино, театр, выставки. Все очень прилично и тактично. Кирилл был безукоризненно вежлив, заботлив, внимателен, но никакого огня во взгляде не было.
А я этого не понимала, ведь я была влюблена в него до безумия, и видела лишь то, что хотелось видеть.
Я тогда думала, что он просто человек такой, сдержанный. А я была ему просто не интересна.
До первой брачной ночи. Именно тогда я впервые заметила искорки в его глазах. Именно тогда он «увидел» меня по-настоящему и, по сути, именно с этого момента и начались наши настоящие, а не фиктивные отношения.
Почему бы не взять именно этот момент за точку отсчета?
Думаю, я смогла бы это сделать, ведь после того, как у него появились ко мне чувства, он мне не изменял.
До той самой ночи...
Черт! О чем я думаю?
Какое прощение, когда там ребенок?!
Я зажмуриваюсь, стараясь не заплакать.
— Зачем же ты с ней снова?.. — тихо спрашиваю я, чувствуя, как дрожит голос, — …если любил.
Он тяжело вздыхает и ерошит волосы.
— Тогда, на дне рождения моей мамы, я впервые тебя приревновал. Ты тогда ушла с Ромой, мамина фраза, потом помада эта еще, я загрузился, понимаешь? Мне, вроде как, и сказать тебе было нечего, и я тебе верил, но… знаешь, сомнения какие-то грызли.
— Какая фраза? Какая помада? — не понимаю я.
— Да ерунда, неважно это уже. Просто сам факт, что я начал в голове гонять практически внушенную мне мысль. Хоть и сам понимал все напрасность и глупость, но тем не менее. Ты уехала к родителям, а мы поехали в ресторан. Я был без настроения, напряжен, загрузился по самое нехочу. И тут Юля мне бокал подсовывает — выпей, мол, расслабься. Я пить не хотел. Я вообще же не пью почти, ты знаешь. Но тут взял бокал. Если честно, я думал, что я им и ограничусь. То есть, я не собирался напиваться, думал лишь отвлечься немного от тяжелых мыслей. И я не понимаю, как все так произошло, что я набрался. Помню, как пил первый бокал и все. Не помню ни как пил дальше, ни как поднялся в номер, ни того, что случилось после. Лишь отдельные фрагменты. Поэтому, наверное, я и не чувствовал такой сильной вины. Я просто не помню того, что тогда случилось. Поэтому никак не могу объяснить. Но понимаю, что меня это не оправдывает. Я столько накосячил, что на десятерых хватит. Теперь еще и беременность эта…
— Ты сделал анализ? — спрашиваю я.
— Да. Это мой ребенок, — мрачно говорит он. — Я сам клинику выбрал, так что подкуп исключен.
Боги!.. Несмотря ни на что, осознаю, что я, оказывается, все еще надеялась, что это не так. Глупо, да.
А раз надеялась, то, выходит, допускала возможность прощения, верно? Да, допускала. Более того, думаю, я бы и правда его простила. Если бы не…
Ребенок все меняет. От этого не отмахнешься.
— Ясно.
— Ксюш, понимаю, что ты не простишь, но я хотя бы извинюсь перед тобой. Ведь я безумно виноват. Я должен был сделать это раньше, но вместо этого накинулся на тебя чуть ли не с обвинениями.
— Да. Ты сказал, что если бы я не приехала, что ничего бы не случилось, — киваю я. — Меня это прям сильно задело тогда. Как будто проблема не в том, что ты мне изменил, а в том, что я об этом узнала.
— Я просто испугался. Не знал, что делать. Нападение, как защитная реакция. Я сам не понимал, что произошло. Не мог никак это объяснить даже себе. Что я мог тебе сказать? Прости меня за это. За все прошу у тебя прощения. За то, что использовал тебя в своих целях, не считаясь с твоими чувствами. За то, что не сказал тебе всю правду о сделке. За то, что ввел в заблуждение. За то, напился в тот вечер и… я не помню этого, но мне правда стыдно. Стыдно за то, что мое поведение причинило тебе боль. Я причинил тебе боль. Я этого хотел меньше всего на свете, поверь. От осознания, что тебе больно, больно и мне.
Он потер лицо ладонями и посмотрел на меня.
