Сижу в машине, руки на руле сжаты до побелевших костяшек. Перед глазами – документы на ту самую квартиру. Квартиру, которую я когда-то купил для Милены.
Не могу поверить, что всё это снова всплыло. Казалось бы, прошли те времена. Милена давно ушла из моей жизни, я выбрал Марьям, нашу семью. Но сейчас мне кажется, что все мои старые ошибки догоняют меня. И что самое ужасное – Марьям узнала о квартире. Она сделала запрос на выписку об имуществе, и теперь знает, что у меня есть дорогая квартира в центре, о которой я никогда не говорил.
Пока она просто спросила:
– Адам, что это за квартира?
Вопрос звучал спокойно, но я-то знаю Марьям. Она не спросила бы просто так. В её голосе была обида и недоверие. А у меня в голове всё завертелось с бешеной скоростью. Как объяснить эту квартиру? Что сказать, чтобы она ничего не заподозрила? Как не дать ей понять, что когда-то я всерьёз собирался взять вторую жену?
Я проглотил ком в горле и сказал первое, что пришло в голову:
– Это инвестиция. Купил как вложение.
Она нахмурилась:
– И сколько стоила эта «инвестиция»?
– Не так много, как кажется. Это просто способ сохранить деньги.
Марьям молча кивнула и ушла в другую комнату. Но я видел, что её терзают вопросы. Да и сам себя разрываю на части.
Кому ты врёшь, Адам? Себе? Ей?
Эта квартира была далеко не просто вложением. Я купил её специально для Милены. Когда мы с ней общались, я всерьёз планировал взять её второй женой. Тогда казалось, что это разумное решение: мы с Марьям почти не общались, в доме царила напряжённость, а Милена была словно глоток свежего воздуха.
Я купил квартиру, чтобы мы могли там жить. Оформил на себя, потому что не мог официально подарить её до свадьбы. Милена обставляла всё на свой вкус – выбирала мебель, планировала интерьер. Я давал ей полную свободу. В глубине души уже видел нас с ней в этих стенах.
Но жизнь повернулась иначе. Когда мы с Марьям отправились в ту поездку и начали налаживать отношения, я окончательно понял, что хочу сохранить семью. Милена осталась в прошлом. Но квартира-то осталась.
И вот теперь Марьям знает, что она есть.
Я вытираю вспотевшие ладони о джинсы и нервно листаю документы. Как объяснить жене, почему я ничего не сказал о такой крупной покупке? Почему решил держать это в секрете?
– Просто скажи, что это вложение, – твержу себе. – Бизнес-план. Ничего личного.
Но внутренний голос шепчет:
«А если она начнёт копать глубже? А если узнает, что ты собирался жить там с другой?»
Марьям не заслуживает этого. Она не должна знать, что когда-то я был так близок к тому, чтобы разрушить нашу семью окончательно.
Я набираю телефон юриста:
– Игорь, мне нужен бизнес-план. Всё должно выглядеть так, будто это просто инвестиция. Выпиши мне всё по пунктам.
– Без проблем, Адам. Сделаю к завтрашнему утру.
– Спасибо.
Положив трубку, я долго сижу, глядя в окно.
Как всё могло пойти иначе. Если бы я тогда не увлёкся Миленой, не купил эту чёртову квартиру… Сейчас у меня было бы спокойствие. А так я снова стою на краю.
Дома меня встречает Марьям. Она держится спокойно, но я вижу, что внутри её всё кипит.
– Ты покажешь мне документы? – спрашивает она тихо.
– Завтра всё будет готово, – отвечаю я.
Она кивает:
– Хорошо. Но если я узнаю, что ты опять что-то скрываешь…
Она не договаривает, но я и так понимаю. Если правда выплывет наружу, я потеряю её навсегда.
И снова накатывает сожаление: зачем я купил эту квартиру? Зачем позволил себе увлечься другой женщиной?
Но время не вернуть. Остаётся только молиться, чтобы Марьям поверила в то, что я показываю.
И чтобы больше никогда не задавала вопросов о прошлом.
Я стою у окна и смотрю на тихую улицу за стеклом. Город словно замер в ожидании дождя, но тучи не двигаются. Всё застыло. Как и я.
В голове снова и снова прокручиваются мысли о той квартире.
Квартира в центре. Полностью оформлена на Адама. О которой я ничего не знала.
Адам объяснил всё просто: это вложение, инвестиция в недвижимость, которую он планировал перепродать с выгодой. Говорил, что сделал ремонт, чтобы повысить цену. Казалось бы, всё логично. Но где-то внутри меня, в самой глубине, сидит неприятное ощущение, что это не вся правда.
Этот холодок под сердцем не даёт мне покоя.
Я помню, как листала выписку об имуществе. Дата покупки квартиры – несколько месяцев назад. Именно тогда, когда наши отношения с Адамом были на грани. И в голове всплывает тот единственный случай, который я пыталась выбросить из памяти.
Тогда мы с Адамом практически не разговаривали. Он приходил домой поздно, уходил рано. Жил будто в параллельной реальности. А я… я слишком зациклилась на бытовых проблемах, детях, бесконечных делах по дому, чтобы что-то замечать.
Но однажды я случайно увидела сообщение на его телефоне.
Сообщение от незнакомого номера, без имени в контактах.
– Ты сегодня был такой внимательный… Спасибо за прекрасный вечер.
В груди сжалось что-то тяжёлое и болезненное. Но тогда я не нашла в себе сил подойти и спросить.
Я убедила себя, что это ничего не значит. Может быть, это рабочее сообщение. Может, просто совпадение. Я ведь тогда была совсем другой – забитой, неуверенной в себе. Всё время думала: «Адам мужчина, он много работает, а я просто домохозяйка. У него своя жизнь». И я закрыла глаза на то сообщение. Промолчала. Сделала вид, что ничего не заметила.
Но этот момент запомнился мне навсегда. Даже когда я старалась забыть, он оставался в глубине моей памяти.
И вот теперь снова то же чувство. Ощущение, что что-то важное от меня скрывают. Квартира. Ремонт. Деньги. Всё это выглядело странно. И я не могла просто так отпустить эту мысль.
После нашей поездки в Краснодар я надеялась, что всё изменится. Что мы вернём ту близость, которую потеряли за годы совместной жизни. Но теперь я снова чувствую, как между нами вырастает невидимая стена. Только теперь я уже не та, что раньше. Я не собираюсь закрывать глаза на свои подозрения.
Подсознание кричит мне: Эта квартира – ключ к чему-то большему. Ты должна узнать правду.
Но как? Как спросить так, чтобы Адам не почувствовал, что я копаю слишком глубоко?
Я слышу его шаги в прихожей. Он вернулся домой.
– Привет, – его голос звучит мягко, почти нежно. Он подходит и целует меня в щёку.
Я улыбаюсь через силу.
– Как дела? – спрашиваю, пытаясь говорить непринуждённо.
– Всё хорошо, – отвечает он и открывает холодильник, доставая воду. – Сегодня был тяжёлый день, но ничего особенного.
Я киваю, но внутри всё ещё кипит. Стараюсь скрыть своё состояние, но мне это даётся с трудом.
Когда он уходит в кабинет, я снова подхожу к окну и смотрю на отражение своего лица в стекле.
Как долго я ещё буду молчать?
Этот вопрос разъедает меня изнутри.
Позже вечером, когда все легли спать, в голове всё ещё кружатся мысли о той квартире. Я ловлю себя на том, что хочу взять его телефон и посмотреть, есть ли там ещё такие сообщения, как тогда. Но останавливаюсь.
Это не выход.
Мне нужно узнать правду иначе. Но как?
Когда я ложусь в постель, Адам уже спит. Его лицо выглядит таким спокойным и умиротворённым. Но я знаю: под этой маской скрывается что-то, о чём он мне не говорит.
Я смотрю на него и думаю: Может быть, я никогда до конца его не знала.
А в голове всё звучат слова, которые я сказала самой себе раньше: Хватит быть покорной. Хватит закрывать глаза на то, что беспокоит.
Эта квартира не выходит у меня из головы.
И я понимаю: если я не узнаю правду сейчас, то эта тень будет преследовать меня всегда.
Телефон завибрировал, и я автоматически потянулся к нему. Когда экран загорелся, я увидел имя, которое давно старался не замечать. Милена.
Сердце сжалось. За последние недели я почти забыл о её существовании. Почти. Но она снова здесь.
Сообщение.
Открываю с каким-то внутренним раздражением. Готовлюсь увидеть что угодно – упрёки, обвинения, намёки на то, что она по-прежнему ждёт меня. Но то, что я вижу, выбивает почву из-под ног.
Фото.
На снимке Марьям. Моё сердце вздрагивает, когда я вижу её лицо – спокойное, расслабленное. Она сидит на лавочке в парке. А рядом с ней мужчина. Какой-то парень в светлой куртке и тёмных джинсах. Они о чём-то разговаривают, и Марьям улыбается. Легко и непринуждённо.
Моя Марьям.
Милена не дала мне времени оправиться от шока. Следом пришло ещё одно сообщение:
– Ты уверен, что знаешь её так хорошо?
Я машинально зажимаю телефон в руке, как будто он может выскользнуть. В голове вертится только одно: Кто этот мужчина? И что он делает рядом с моей женой?
Стараюсь взять себя в руки. Может, это просто коллега? Старый знакомый? Но почему она ничего не говорила? Почему я об этом узнаю от Милены?
Снова сообщение:
– Она давно изменилась. Ты просто этого не замечаешь.
Я отбрасываю телефон на стол и поднимаюсь с кресла. В груди колотится сердце. Раздражение накатывает волной.
Кто он? Почему она улыбается ему так, как давно не улыбалась мне?
Стараюсь гнать эти мысли прочь, но не получается. В голове снова всплывает её лицо. Улыбка. Спокойствие. В последний раз я видел её такой расслабленной… когда? Наверное, во время нашей поездки в Краснодар. Но дома она другая. Спокойная, но не такая лёгкая.
Пиликание телефона снова возвращает меня в реальность.
– Ты собираешься и дальше закрывать на это глаза? Или всё-таки откроешь их?
Милена знает, куда бить. Она умеет посеять сомнения. Я знаю, что не должен ей верить. Но я уже начал.
Вечером Марьям вернулась домой позже обычного. Я встретил её у двери, машинально помогая снять пальто. Она улыбнулась.
– Ты что-то мрачный, – заметила она. – Всё в порядке?
– Да, – ответил я. – Просто устал.
Она кивнула и прошла на кухню. Я смотрел ей вслед, пытаясь заставить себя заговорить. Спросить напрямую: Где ты была? Кто тот мужчина? Почему ты мне ничего не сказала?
Но слова застряли в горле.
Позже, за ужином, я не выдержал.
– Ты уходила сегодня? – спросил будничным тоном.
– Да, – кивнула она, отрываясь от чашки чая. – Немного прогулялась. Хотела подышать свежим воздухом.
– Одна?
Она удивлённо посмотрела на меня:
– А почему ты спрашиваешь?
– Просто интересно, – пожал плечами. – Ты редко гуляешь одна.
Марьям улыбнулась:
– Иногда нужно побыть наедине с собой.
Я молча кивнул, но внутри всё кипело.
Она лжёт.
Почему она не сказала про мужчину? Почему скрывает, что кто-то был рядом?
Ночью я снова открыл то фото.
Она улыбается. Он рядом. И я чувствую, как внутри поднимается волна ревности.
Милена знала, что делала.
И я ненавижу себя за то, что начинаю ей верить.
Я только вернулся домой и собирался присесть на диван с чашкой чая, как телефон снова завибрировал на столе. Милена.
Сердце неприятно ёкнуло. Она не писала последние несколько дней, и я надеялся, что всё на этом закончилось. Но, конечно, ошибся.
Сообщение.
Я открыл его без особого интереса – хотел просто удалить и забыть. Но вместо очередных упрёков или намёков там было фото. Одно, потом ещё одно.
Первое фото: Марьям идёт по парку. Рядом с ней – тот же мужчина, что был на предыдущем снимке. Они идут бок о бок, и её лицо… Она улыбается. Лёгкая, непринуждённая улыбка.
Второе фото: они сидят в кафе за столиком. Она смотрит на него внимательно, словно слушает что-то важное. Мужчина что-то говорит, а она снова улыбается. Эта улыбка – тёплая и живая.
Телефон снова завибрировал. Новое сообщение от Милены.
– Ты действительно думаешь, что она гуляет одна? Не будь таким наивным.
Я уронил телефон на стол, не в силах отвести взгляд от этих снимков.
Марьям.
Моя жена улыбается другому мужчине.
Она не смотрела на меня так уже давно. Эти улыбки, этот взгляд – всё это не для меня.
Злость вспыхнула где-то глубоко внутри.
Я попытался взять себя в руки. Это может быть кто угодно. Старый знакомый. Совершенно невинная встреча. Но что-то внутри кричало: Нет. Это не случайность.
Телефон снова завибрировал.
– Ты знаешь, что эмоции – это тоже измена?
Я сжал челюсти до боли. Воспоминания о нашем прошлом всплыли в голове. Я помнил, как мы с Марьям гуляли по тем же паркам, как она смеялась моим шуткам. Как смотрела на меня тем самым взглядом, который я сейчас вижу на фото.
Но теперь этот взгляд не для меня.
Я встал и начал мерить шагами комнату. В груди бушевала буря. Я пытался отогнать эти мысли, но ничего не получалось.
Почему она не сказала мне о нём? Почему я узнаю об этом от Милены?
Марьям пришла домой поздно вечером. Я смотрел на неё, как на чужого человека. Она сняла пальто, поправила волосы и подошла ко мне.
– Ты чего такой хмурый? – спросила она, слегка нахмурившись. – Всё нормально?
– Да, – ответил я ровно. – Просто устал.
Она кивнула и пошла на кухню.
Я стоял и смотрел ей вслед, а в голове звучали слова Милены:
– Эмоции – это тоже измена.
Я больше не мог этого игнорировать.
Спустя пару минут Марьям вернулась с чашкой чая и поставила её на стол передо мной.
– Точно всё нормально? – спросила она снова.
– Да, – снова ответил я, но голос мой звучал слишком натянуто.
Она задержалась на миг, потом села рядом.
– Ты хочешь что-то обсудить?
Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Внутри меня боролись две противоположные эмоции. Одна часть меня хотела спросить напрямую: Кто он? Почему ты улыбаешься ему так, как не улыбаешься мне? Другая часть хотела отмахнуться от этих мыслей, списать всё на совпадение.
Но я не мог.
– Ты сегодня уходила? – наконец спросил я.
– Да, – кивнула она. – Немного прогулялась.
– Одна?
Марьям нахмурилась, словно удивилась вопросу.
– Да. А почему ты спрашиваешь?
Я пожал плечами.
– Просто интересно.
Она слегка улыбнулась.
– Иногда нужно побыть наедине с собой.
Эта улыбка… Она была не такой, как на фото. Она была сдержанной, привычной. Без той лёгкости и тепла, что я видел на снимке.
Я молча встал и направился в спальню.
Ложась в постель, я снова открыл телефон. Глядел на эти проклятые фото, пока глаза не начали болеть.
Марьям улыбается. Она спокойна, расслаблена. И этот мужчина рядом.
Кто он для неё? Почему она молчит о нём?
Я не верю в физическую измену. Но это и не важно. Сам факт, что она открыта другому человеку, уже предательство.
Закрыв глаза, я услышал, как Марьям ложится рядом. Она по-прежнему моя жена. Но впервые за долгое время я чувствую, что между нами пропасть.
И мне больно от этой мысли.
Она даже не смотрит на меня так, как смотрит на него.
Моя гордость раздавлена. Моё доверие разрушено.
И я больше не собираюсь закрывать глаза на правду. Если прошлое фото я смог проигнорировать то эти фотографии переходят черту.
Я толкала тележку между полками, машинально выбирая продукты. В голове крутился список покупок, но мысли то и дело возвращались к той проклятой квартире.
Почему он мне не сказал? Почему скрыл?
Я пыталась найти объяснение. Но каждый раз, когда на глаза попадались дорогие вещи на полках – те самые бренды, которые я себе никогда не позволяла, – сомнения возвращались с новой силой.
– Вложение, – повторял Адам. – Обычное вложение.
Но какая-то часть меня этому не верила.
– Вы ведь Марьям?
Я вздрогнула и резко обернулась.
Передо мной стояла девушка. Молодая. Гораздо моложе меня. Едва ли двадцать. Высокая, с длинными каштановыми волосами, красиво уложенными волнами. Безупречный макияж, ухоженные руки с аккуратным маникюром. Одетая просто, но со вкусом – даже на обычной прогулке выглядела как с обложки журнала.
Она будто специально выделялась на фоне других людей в магазине.
– Мы знакомы? – спросила я осторожно.
Она улыбнулась. Лёгкая, чуть надменная улыбка, будто она уже знает обо мне всё.
– Можно сказать и так. Меня зовут Милена.
Имя ничего мне не сказало. Но её взгляд… Было в нём что-то неприятное, цепкое.
– И что вам нужно? – спросила я, ощущая странное напряжение.
Она сложила руки на груди и чуть склонила голову, словно разглядывала меня, изучала.
– Ты ведь понимаешь, что твой муж собирается жениться снова?
Что?!
В ушах зазвенело. Тележка чуть не выскользнула из рук.
– Что? – выдохнула я, едва удерживая равновесие.
Милена продолжила спокойно, будто говорила о погоде:
– Да. Он собирается взять вторую жену.
Я почувствовала, как сердце ухнуло куда-то вниз.
– Вы что-то путаете, – сказала я тихо, стараясь держать голос ровным. – У моего мужа нет другой женщины.
Милена чуть приподняла брови. Её лицо выражало лёгкое удивление и… насмешку.
– Ты уверена?
Я сжала ручку тележки, чувствуя, как внутри начинает закипать что-то острое и неприятное.
– Почему вы мне это говорите?
– Потому что это правда, – сказала она, чуть пожав плечами. – Он уже купил квартиру для нашей будущей жизни. А кто, по-твоему, её обставлял?
В голове словно щёлкнул тумблер.
Квартира.
Эта чёртова квартира.
– Квартира? – переспросила я, с трудом веря в её слова.
– Да. Он купил её для нас. Я сама выбирала мебель, дизайн. Мы вместе планировали, как будем жить там после свадьбы.
После свадьбы.
Эти слова ударили как молот.
– Это невозможно, – выдавила я наконец. – Адам бы мне сказал.
Милена хмыкнула.
– Серьёзно? Ты думаешь, что он делится с тобой всеми своими планами? Ты правда считаешь, что он будет обсуждать со своей первой женой планы на вторую?
Первую жену. Вторую жену.
Голова пошла кругом.
– Зачем вы это говорите? – снова спросила я, с трудом сдерживая голос.
– Чтобы ты знала правду, – сказала она тихо. – Знала, что происходит у тебя за спиной.
Я чувствовала себя разбитой. Эти слова резонировали с моими давними сомнениями, но я гнала их прочь.
– Почему сейчас? – спросила я.
– Потому что скоро он всё равно тебе скажет. Или ты узнаешь другим способом. Я решила, что лучше услышать это от меня.
Милена бросила на меня последний взгляд – с удовлетворением и какой-то злой радостью – и развернулась, уходя.
Я осталась стоять посреди магазина, словно выбитая из реальности.
Квартира. Мебель. Свадьба.
Эти слова застряли в моей голове, как занозы.
Я машинально бросила покупки в тележку и пошла к кассе. Всё перед глазами плыло. Всё казалось нереальным.
Когда я вышла из магазина и села в машину, дрожащими руками завела двигатель. В голове крутились её слова.
«Он собирается жениться снова».
Это правда? Или она просто лжёт?
Но одно было ясно.
Я должна поговорить с Адамом. И узнать всю правду.
Когда я вернулась домой, Адам был в кабинете. Я слышала, как он разговаривает по телефону – его голос был ровным, уверенным. Рабочие вопросы. Обычные дела.
Но у меня в голове гудел только один вопрос: Собирается ли он взять вторую жену?
Я не могла больше ждать. Это не та мысль, которую можно отложить в сторону. Я поставила пакеты на кухонный стол и, не раздеваясь, пошла к кабинету. Сердце колотилось так, что казалось – его стук слышен по всему дому.
Я открыла дверь без стука.
Адам поднял на меня взгляд. В его глазах мелькнуло удивление, но он быстро принял привычную холодную маску.
– Ты уже дома? – спросил он, отложив телефон.
– Ты собираешься взять вторую жену? – спросила я прямо.
Он замер. На секунду мне показалось, что он не понял вопроса. Но потом он медленно откинулся на спинку кресла и спокойно посмотрел на меня.
– Да.
У меня перехватило дыхание.
Да.
Он даже не стал отрицать.
– Почему? – голос мой дрожал, но я старалась держаться.
– Потому что мне это дозволено.
Этот ответ ударил сильнее, чем я ожидала. Спокойный, уверенный. Словно это само собой разумеющееся.
– Дозволено? – переспросила я, сжав руки в кулаки. – Ты серьёзно сейчас?
Адам поднялся с кресла и сделал шаг ко мне.
– Да. Это право мужчины.
Я смотрела на него, пытаясь найти в его взгляде хоть тень сомнения, хоть каплю сожаления. Но там была только холодная уверенность.
Он уже всё решил.
– И ты считаешь, что это нормально? – спросила я, чувствуя, как внутри закипает ярость. – Просто взять другую женщину?
Адам не ответил сразу. Он смотрел на меня так, словно взвешивал каждое слово.
– Марьям, – сказал он наконец, тихо, но твёрдо. – Ты сама изменилась. Ты стала другой. У тебя появился кто-то другой.
Я отступила на шаг, не веря своим ушам.
– Что ты сейчас сказал?
– Я видел. – Его голос был ровным, но в нём звучала обида. – Видел тебя с ним. Ты улыбаешься ему так, как давно не улыбалась мне.
У меня закружилась голова. Он думает, что я…
– Ты сошёл с ума, – прошептала я.
– Может быть. Но я устал от того, что между нами всё изменилось.
Я сжала челюсти. Я видела, как его гордость задевает сама мысль, что я могла обратить внимание на другого. Но он не понимал самого главного.
– Значит, это всё? Ты решил жениться на второй жене только потому, что думаешь, что я изменила тебе?
– Ты изменилась, Марьям. И я тоже.
Эти слова были последней каплей.
– Отлично, – сказала я, пытаясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело. – Приводи её сюда. Пусть живёт с нами.
Адам нахмурился.
– Ты серьёзно?
– Абсолютно. – Я скрестила руки на груди и посмотрела ему в глаза. – Я достаточно прожила с твоей семьёй. Я выполняла все обязанности. Готовила, убирала, заботилась о детях, обо всех вас. Теперь пусть она этим занимается. А я заслужила пожить для себя.
Его глаза сузились. Он явно не ожидал такого ответа.
– Марьям…
– Нет, Адам. Ты сделал выбор. И я тоже. – Я шагнула ближе и добавила с вызовом: – Я не буду тебя останавливать. Но знаешь что? Увидим, как долго ты выдержишь с ней под одной крышей.
Он молчал, смотрел на меня напряжённо, будто видел меня впервые. А я развернулась и пошла к двери.
Когда я выходила из кабинета, у меня было только одно чувство: Боль. Глубокая, разрывающая изнутри.