А я, захлебываясь отчаянием прокричала в трубку:
— Анна увезла Аринку, — и втопила педаль газа в пол.
Молчание длилось ровно секунду. Потом резкое:
— Понял, — и гудки в телефоне.
Я не знала, что он понял и что собирался делать, просто вдавила педаль газа в пол, выжимая из машины максимум.
Мне надо в город. Сейчас. Немедленно.
Почему до сих пор никто не придумал телепорты? Почему?!
Сердце, смятое убийственной новостью, неровно билось в груди, в голове звон, но в то же время я держала себя в руках. Какая-то непередаваемая сила сковала панику, страх и истерику. Заморозила их, посадив в непроницаемую клетку.
Потом, конечно, эта клетка рассыплется на гору уродливых осколков, и меня затопит эмоциями, но это потом.
Дорога до города показалась бесконечной, хотя на самом деле я преодолела ее отчаянно быстро. Опасно быстро. Нарушая все, что только можно было нарушить. Полосы — черту, ограничение скорости — в топку, двойная сплошная — туда же.
Тут на пять пожизненных лишений прав — да и пошло оно все к черту.
Сеть, потерявшаяся на загородной трассе, восстановилась лишь на подъезде к городу. И первое, что пробилось сквозь блок — звонок от Александра.
— Ты уже в городе?
Конечно, он понял, что я больше не могла отсиживаться в тихом доме, затерянном среди лесов. Знал, что приеду.
— Да, въезжаю. Ты нашел Аринку?
— В процессе.
У меня надломилось в груди.
В процессе — это значит нет.
Ледяная клетка эмоций дрогнула, но устояла. Пока рано срываться. Рано!
Саша будто мысли мои прочитал:
— Не паникуй. Хвост ее поймали. Ее засекли на одном из постов ППС. Артем ведёт ее по дорожным камерам, мы едем следом.
— Я должна быть с вами.
Он не стал спорить, только сказал:
— Пришлю геолокацию.
И снова педаль газа в пол и побелевшие от напряжения пальцы на руле.
Сквозь броню просачивался страх. Сколько бы я ни давила его, сколько ни отталкивала от себя, но он липкими мазками двигался по телу.
Страх не за себя, за дочь.
Оторвавшись на миг от дороги, я вскинула взгляд к хмурым вечерним небесам:
— Присмотри за ней, пожалуйста. О большем не прошу.
Когда я выехала к обозначенному месту меня встретил не Саша, а Андрей. Его машина стояла возле указателя, обозначавшего узкое ответвление на грунтовую дорогу
Задыхаясь от дурных предчувствий, я выскочила навстречу хмурому мужчине:
— Где Арина? — набросилась на него, как будто он был причиной всех моих бед, — где Саша?
Меня начало колотить.
— Тише, Маш…
Я отчаянно замотала головой:
— Где она?
— Недалеко. Мы выяснили, куда направилась Анна. Это дом одного из ее..кхмм…любовников.
— Любовников? — переспросила я, громко стуча зубами.
— У мадмуазель Каталовой весьма насыщенная личная жизнь, помимо отношений с Абрамовым. Тот, с кем она сейчас — ее бывший парень, с которым она встречалась еще в университете…и от которого когда-то была беременна. Он только недавно вышел из мест не столь отдаленных…
Час от часу не легче.
— С ними еще двое его приятелей.
У меня разом заломило все зубы, стоило только представить в какой компании находился мой бедный ребенок.
— Мы должны ехать к ним, — я ринулась к машине, — поехали, немедленно.
Он поймал меня за руку, не позволив убежать к машине:
— Александр и его люди уже там. Этот упрямый баран оставил меня ждать здесь, а сам рванул туда. Хотел решить все до твоего приезда.
— Поехали! — завопила я, задыхаясь от дурных предчувствий.
— На моей, — он коротко кивнул на черный седан и двинулся к водительскому.
Стоило мне заскочить в салон, как автомобиль рывком сорвался с места.
— Ты главное не психуй, — монотонно говорил Андрей, при этом так резко дергал рычаг передачи, что было сразу ясно — он сам далеко не так спокоен, как хотелось бы.
Его ненастоящее спокойствие еще сильнее выбивало почву из-под ног.
Пусть с ними все будет хорошо. Пожалуйста.
Скорость продвижения по ухабистой дороге была непростительно маленькой. Машину трепало и подбрасывало на кочках, днище надрывно скребло по земле, когда колеса проваливались в яму.
Пару раз больно ударившись, я вцепилась в ручку и сжалась, пытаясь удержать тело в ровном положении.
Андрей только глухо цедил ругательства сквозь зубы и резко дергал руль, пытаясь хоть что-то объехать.
Свет фар мазками цеплял то кусты, то дорогу, то улетал куда-то в бескрайние поля, среди которых вилась нескончаемая дорога. Затем мы ворвались в березовую рощу и вокруг замелькали белые стволы с черными полосами.
Потом резкий поворот, и мы оказались возле небольшого озера…на другом берегу которого пылал чей-то дом.
— Твою мать! — Андрей прибавил скорость, выжимая из бедного автомобиля все, что было возможно в таких условиях.
А я…я, кажется, горела вместе с домом.
Смотрела на пламя, пляшущее на фоне вечерней тьмы, и не могла пошевелиться.
С ними ведь все хорошо, да?
Пусть с ними все будет хорошо…
Мы обогнули озеро с правой стороне, проскочили мимо ивовых зарослей и вынырнули прямо на подъезде к частной собственности. Ворота — распахнуты, впереди огонь и черные силуэты на его фоне.
Я едва смогла дождаться, когда Андрей ударит по тормозам, и выскочила из машины: