Моя жизнь в последнее время напоминала хаос. Я, словно лист, сорванный с дерева внезапно налетевшим ураганом, летела в неизвестном направлении. Падала на землю, но от нового порыва вновь взмывала в воздух. Меня кружило, мотало из стороны в сторону и наконец приземлило. Жестко, лицом в руль «Сузуки». И до сих пор не было никакого контроля и понимания ситуации.
Разговор с Марком ничего не прояснил. Его люди работали, а я… Я раскладывала вещи из чемодана на привычные места. Снова, но уже у себя дома. Хватит, набегалась. Как гласила народная мудрость, кому суждено утонуть, тот в огне не сгорит.
Аминь.
Пока руки работали, мозг тоже не оставался без дела. Во случаях с покушениями была одна странность, которая не давала покоя: меня явно не хотели убивать, лишь покалечить, на время вывести из строя.
Взять хотя бы случай с гидроциклом. Кругом вода, открытое пространство. Предположить, что я настолько отвлекусь на покатушки, что не замечу приближения скоростной лодки и подпущу ее вплотную, мог только наивный человек. Да, я слегка опоздала с принятием решения. Пусть мне не хватило нескольких секунд, но я выжила. Лодка не могла «утюжить» меня бесконечно на глазах множества людей, у нее был всего один шанс.
То же самое касается машины. Скорость на магистрали — под сотню, но никак не двести и выше. Я не Шумахер, это точно. При подрезанных тормозах и отказе руля я могла бы собрать «паровозик» или влететь в отбойник, что и произошло. Какова вероятность летального исхода водителя? Пятьдесят процентов? Не слишком ли мало для заказного убийства?
Но почему? Зачем? Хоть бы записку под дверь подбросили или прислали на почту письмо с требованием. Какой смысл пугать, если я не понимаю, что такого сделала или продолжаю делать?
В чем цель заказчика? Непонятно. Настораживало наличие оружия в процессе покушения. Это уже не шутки, но стреляли по колесам, а могли бы — по водителю, то есть по мне. Вывод напрашивался сам собой — никто не хотел меня убивать. А если бы вдруг задался такой целью…
Как утверждал интернет, прицельная дальность стрельбы снайперской винтовки составляет полтора–два километра, и никакой телохранитель не успел бы среагировать на появление из ниоткуда маленькой пули.
Если бы в заказе был задействован снайпер, то я обречена заранее. В качестве единственной альтернативы мне нужно было бы сидеть дома и не высовывать носа, не подходить к окнам, пока люди Баженова не раскрутят этот клубок, но стрелок по колесам — это другое.
Марк…
От грустных размышлений меня отвлек звонок в дверь. Вспомнишь солнце, вот и лучик!
Я посмотрела в глазок и оторопела. Щелкнул замок, впуская нежданного гостя.
— Инга, ты как? Жива? Ну ты… почему не отвечаешь на звонки? Абонент вне зоны доступа… Я чуть с ума не сошел от волнения…
Не Марк, Артем Михайлов ворвался в прихожую. Он бережено крутил меня во все стороны, шаря глазами по телу. Горячие пальцы скользнули по моему лбу, невесомо коснулись пластыря, скрывавшего ссадину и небольшую шишку.
— Инга…
— Тём, успокойся, я в порядке, — я вырвалась из сильных рук и подтолкнула друга в гостиную. — Проходи, не стой на пороге. Откуда ты узнал?
— В дорожной хронике были опубликованы кадры с места происшествия. Я узнал твою машину, и номера совпадали, — «Летучий Голландец» прошел в комнату, но не сел на диван. Сгреб меня в охапку, заключил в огненное кольцо, выдыхая слова мне в волосы. — Потом я позвонил в больницу, куда тебя доставили на скорой, но мне сказали, что тебя перевезли в какую–то частную клинику.
— Тёма…
— Инга, я волновался. Что случилось?
— Обычное ДТП. Машина старая, отказали тормоза. Тём, успокойся, со мной все в порядке, — я осторожно выбралась из сильных рук и подошла к журнальному столику, на котором лежал телефон. Арт внимательно наблюдал за моими действиями с дивана, на который я усадила его силой: нечего торчать посреди комнаты истуканом с острова Пасхи. Черный экран. Мертвый гаджет. — Он полностью разряжен, потому я и не абонент. Странно. Я точно помню, что вчера вечером ставила его на зарядку. Кофе будешь?
Надо было отвлечь Михайлова от моей скромной персоны, поэтому я выбрала самый надежный способ. Вводить приятеля в курс дела не собиралась. Зачем? Люди Марка работали… а может и перестали после того, как я исчезла из его квартиры. Однако, последнее было маловероятно.
— Буду.
— Договорились.
Только сейчас я вспомнила, что нормально не позавтракала, стремясь побыстрее убраться из квартиры Баженова. Поставив телефон заряжаться, пошла на кухню, спиной ощущая близость мужчины, идущего следом.
— В турке сварить или кофемашина устроит?
— Сама знаешь ответ, — улыбнулся Артем, с трудом протискиваясь к стулу, стоящему у стены. Да, шестиметровая кухня явно не была рассчитана на крупного мужчину. — Конечно в турке.