— Хорошо. Ты пока можешь заняться бутербродами, — я достала из холодильника кусок буженины, сливочный сыр и листья салата. Ржаной хлеб не первой свежести пришлось разогреть в тостере. Вручив мужчине нож и разделочную доску, извлекла из шкафа пачку арабики. Тонкий аромат кофе моментально заполнил маленькую кухню. — Мне сделай два: с ветчиной и зеленью и с сыром.
— Что с шеей? Нужно лечение или лекарства?
Я не сводила взгляда с турки, в которой медленно закипал напиток, но чувствовала на своей спине взгляд Михайлова. Он блуждал по мне от пятки до макушек, а нож продолжал равномерно стучать по доске. «Летучий» успешно совмещал расспросы с делом.
— Ничего не нужно, Тём. Ошейник врач назначил в качестве профилактики, просто решил перестраховаться.
— Честно?
— Зуб даю, — я поставила на стол две керамические чашки, наполненные кофе, и выключила газ. — Я отделалась парой царапин и минутой страха. Все прошло. Давай лучше о другом поговорим.
Бутерброд был вкусным: сочетание буженины с хрустящими листьями и поджаренным хлебом — то, что доктор прописал.
— Инга, переезжай ко мне, — заявил Артем, за несколько укусов расправившись с одним бутербродом. — Нечего тебе одной жить. В моей квартире ты будешь в безопасности. Ты словно магнит для неприятностей…
Я едва не поперхнулась кофе, услышав подобное предложение. И этот туда же.
— А в чем смысл, Тём? Ты будешь меня сопровождать? А как же твоя работа?
— У грамотного руководителя бизнес–процесс не останавливается, даже если его нет на рабочем месте, — в зеленых глазах Михайлова светилась гордость. Он и правда многого достиг и имел право на подобное заявление. Недавнее награждение было тому подтверждением.
— Спасибо, но я откажусь. Ни к чему это.
Повторять сценарий с Марком не входило в мои планы. Зачем?
— Ну хорошо, допустим, — слишком легко и быстро согласился Артем и сменил тему. — Я правильно понимаю, что тебе нужна машина? После такого ДТП твоя малышка подлежит замене.
Вот черт! Сотрясение и правда сказалось на моих умственных способностях! Закрутившись в событиях, я совсем забыла, что осталась без средства передвижения. Заниматься ремонтом «Сузуки» было нецелесообразно, поэтому да…
— Ты прав. Об этом я не подумала.
— Возьми мой «Лексус», Инга, — Артем откинулся на спинку стула и отодвинул в сторону опустевшую чашку. — Он надежный, бронированный.
Что⁈ Этот невероятный мужчина был готов отдать свою черную зверюгу? Кажется, у меня был слишком ошарашенный вид, потому что «Летучий Голландец» тихо рассмеялся. Улыбка сверкала в его глазах, проявляя тонкие мимические морщинки, а я ущипнула себя за руку, чтобы убедиться, что не сплю. Не, все нормально. Больно. Это реальность.
— Почему ты так удивилась?
— Хм… Это неожиданное предложение. А как же ты?
— Не волнуйся, я безлошадным не останусь. В моем гараже есть еще парочка машин. Ну так что?
— Тём, я не знаю.
Я, привыкшая к скромному паркетнику, с трудом представляла себя за рулем мощного седана бизнес-класса.
— Значит решено. Покатаешься на «Лексусе», а потом мы вместе выберем и купим тебе новую машинку.
Брызжущая через край энергия Михайлова настораживала: похоже, мой маневр с передачей друга в руки Милены Красавиной потерпел фиаско. «Голландец» решил вернуться в старую гавань.
— Скинь мне фото водительских прав, я метнусь и впишу тебя в страховку, — едва не снеся стол, Тёма подошел ко мне со спины и чмокнул в щеку. — Все было очень вкусно. Спасибо большое.
И он не ушел, нет. Прежде вымыл за собой чашку, разделочную доску и нож, только после этого прошел в коридор и надел начищенные до блеска ботинки. Вот так, да.
— Жду фото. Я быстро, Инга.
Я едва успела догнать его в прихожей, когда стремительный Михайлов открыл входную дверь и внезапно замер.
— Хм…
Что там? Пришлось проскользнуть в щель между стеной и другом, чтобы увидеть… Марка, которому едва не прилетело в лоб дверным полотном. Смена пажеского караула, да.
— Инга… — Тёма обернулся, выразительно приподняв бровь. Я поняла его без слов.
— Все в порядке, не волнуйся.
Мужчины разошлись молча. Один — на выход, второй — на вход. Обреченно махнула рукой, приглашая Баженова войти. Хочет поговорить? Ну хорошо, поговорим.
— Входи.
Баженов устроился на диване, где совсем недавно сидел Артем. Меня накрыло эффектом Déjà Vu.
— Инга, что происходит? Почему ты уехала?
О, этот взгляд! Конечно, это вам не двухъярусные апартаменты, а хрущевка, но зачем так явно демонстрировать пренебрежение? Я вернулась к себе домой. Имею право.
— Если тебя что–то не устроило, нужно было позвонить или написать, но ты предпочла сбежать.
Голос Марка уставший, тихий. Он должен был заставить меня провалиться в чувство вины: пока его люди искали заказчиков и исполнителей покушений, объект сорвался из безопасного места и закрылся в убогой квартирке, в которой входную дверь можно вынести с одного удара. Ну не дура ли этот объект, то есть я? Нет, не дура. И да, я не чувствовала себя виноватой. Поставив на заметку вопрос с входной дверью, я молча продолжила слушать Баженова. Интересно, что еще скажет?