Рыба оказалась нежной, тающей во рту, салат — сочным и ароматным, а белое вино — легким. Мы ели молча, я то и дело ловила на себе внимательный взгляд «спасателя».
— Что? — не выдержала я, заправляя в посудомойку грязную посуду. — Почему ты так смотришь? Я плохо выгляжу?
Конечно, с воротником на шее и пластырем, скрывающим ссадину на лбу, я едва ли могла претендовать на звание первой красавицы, но меня смущал взгляд карих глаз. Слишком заботливый. Внимательный. И… напряженный.
— Ты прекрасно выглядишь, Инга.
— Тогда в чем дело?
— Я… — Марк взял меня за руку, отвел в гостиную и усадил на диван, а сам устроился напротив, сев по-турецки прямо на пол. — Я не хочу тебя пугать, но ты должна понимать, что ситуация серьезная…
— Поясни.
— Судя по всему, покушение на тебя осуществлялось с двух сторон. Я хочу, чтобы ты это знала.
Я хотела задать наводящий вопрос, но вместо этого замерла на месте, кожей ощущая, что это и есть тема, которая зудела и не давала покоя уже давно.
— Судя по всему, стрелок был связан со звонком, который выманил тебя из офиса, а повреждения тормозного шланга и управления — дело рук второго исполнителя. Они не знали друг о друге, каждый действовал по своему плану.
Ядрен батон! Вот мне счастье привалило! С одной стороны, я испытала облегчение, когда пазл сложился в четкую картинку, а с другой… Два заказчика — это перебор, особенно когда мотивы так и остались неясными.
— Инга, не волнуйся, я со всем разберусь, — Марк сел на диван и подвинулся поближе, рукой прижимая меня к своему горячему боку.
Я разберусь, ты в безопасности. Он говорил, а я верила.
— Кстати о работе, — я поерзала, устраиваясь поудобнее. Тепло и близость мужчины успокаивали, отвлекали от мрачных раздумий. — Мне нужно вернуться в офис, дела не ждут.
— Подождет твое дело, — пробормотал Баженов, делая шумный вдох у моей макушки.
— Вообще–то оно твое. Это твой бизнес. Забыл, что сейчас я на тебя работаю? — решила обидеться, слегка отодвинув тяжелую горячу руку со своего плеча. Ага! Как бы не так! Она даже не пошевелилась!
— Тем более… Мое дело — мои правила. Твоя задача сейчас — отдыхать и выздоравливать.
— А Дигон? — дернулась я, вспомнив, что забыла уведомить руководство о случившемся ЧП. — Я должна…
— Аурика Артуровна уже в курсе, так что ты ничего не должна. Просто отдыхай, — резюмировал Марк. — Не думай о плохом, давай лучше откроем книгу.
— Какую книгу? — я пробежала глазами по всем доступным горизонтальным поверхностям, но не нашла ничего похожего. — Ты о чем?
— Помнишь, ты недавно сказала, что я для тебя — закрытая книга. Я готов. Открывай, читай.
Вот это номер! Он не злопамятный, да, просто память у него хорошая, и сейчас я в этом убедилась.
Мы разговаривали почти до полуночи. Марк отвечал на вопросы, не забывая возвращать их мне. Я узнала, что Баженов — собачник, обожает доберманов и ирландских волкодавов, но не может держать дома первого — слишком много времени проводит на работе — и второго — эта порода требует простора загородного дома и долгих прогулок. А еще он не любит дождь и жару, когда на термометре больше тридцати градусов, мечтает о кругосветном путешествии на комфортабельном лайнере и домике в Италии на берегу озера Комо.
— Инга… — Марк легонько потряс меня за плечо. Очнувшись, я огляделась по сторонам и поняла, что лежу в своей комнате на просторной кровати. — Ты заснула, я перенес тебя сюда. Раздевайся и ложись. На сегодня хватит, завтра наговоримся.
Он был прав. Моей сотрясенной голове и потрепанной тушке требовался отдых. Оставшись одна, я сняла дурацкой воротник и направилась в ванну. Теплый душ смыл больничные запахи, страхи и волнения. Просушив волосы феном, я вновь надела «ошейник», и взяла телефон. Сон ненадолго отступил, ему на смену пришло желание зависнуть в соцсетях, полистать ленту и почитать новости. Прошел час нового дня, когда я отложила айфон, завернулась в тонкое одеяло и закрыла глаза, отдавшись на волю Морфею.
Утро встречало москвичей легкой облачностью и полным безветрием: тонкий прозрачный тюль оставался без движения, несмотря на открытое окно. На часах — девять, в квартире — тишина, на столике в гостиной — записка, написанная ровным красивым почерком.
«Инга, доброе утро. Я уехал на работу. Переговоры займут не больше двух часов. Не скучай, осваивайся. Завтрак на столе. До встречи. М.»
Недаром говорят: все, что ни делается — к лучшему. Кофемашина приготовила чашку ароматного капучино. Этим мой завтрак и ограничился.
Сборы не заняли много времени. Спустя пятнадцать минут я вышла из квартиры Баженова, что была расположена так близко к солнцу, катя за собой чемодан. Электронный замок щелкнул, надежно закрывая Сим–Сим от посторонних. Обратного пути не было. Такси ожидало у подъезда. Погостила и хватит. С этого дня я пойду своей дорогой. Без «спасателя».