— Спасибо, ты тоже, — с придыханием отозвалась она. — Я приготовила блинчики. Джонас говорил, ты предпочитаешь мясные блюда сладостям, поэтому специально для тебя начинка с фаршем и луком. Надеюсь, понравится.
— Ты и готовишь…
— Немного. Для расслабления.
Так за ничего не значащим разговором мы добрались до столовой. А на входе к нам подлетел Джонас. Друг был привычно в приподнятом настроении.
— Не смотри так на меня, — закатил он глаза, поймав строгий взгляд Лильен.
Она сердито поджала губы. Джонас вновь закатил глаза, но застегнул все пуговицы рубашки.
— Так-то лучше, — разулыбалась она. — Твой побратим такой шалопай, — вздохнула она, глянув с упрёком почему-то на меня.
Смутила нас обоих. Джонас кашлянул, рассмеялся и толкнул перед нами двойные двери.
— Пошли пожирать твои блинчики. Потом нас отчитаешь, мамочка. Всем доброе утро! — объявил, входя вперёд нас.
— Вижу, вы подружились, — я присмотрелся к лицу Лильен.
— Мне кажется, я изначально ошиблась в оценке Джонаса. И он твой друг. Не вижу смысла с ним враждовать.
Как же она правильно подбирает слова. Но хитрость — не особо плохое качество для женщины. Скорее, наоборот.
В столовой нас ожидали Реико и Блез. При нашем появлении они поднялись, чтобы поздороваться. Обмен любезностями прошёл кратко, мы разместились за круглым лакированным столом и принялись за трапезу. Лильен сразу придвинула ко мне блюдо с теми самыми блинчиками. Это оказались лепёшки из теста с мясной начинкой. Простое на первый взгляд блюдо, но вкусное. Джонас не уставал петь им оды. Реико и Блез снизошли до краткой похвалы. Мачеха относилась к падчерице так же настороженно, как и ко мне. А вот брат не скрывал равнодушия к сестре. Хоть и одной крови, но они будто незнакомцы. Впрочем, Лильен не отставала от Джонаса и демонстрировала жизнерадостность.
В целом, завтрак прошёл спокойно. Пока все будто присматривались друг к другу. Даже мой побратим хоть и выглядел увлечённым едой, но внимательно следил за гостями, временами врываясь в разговор, чтобы прервать провокации Реико. Та явно намекала на слухи о так и не случившейся первой брачной ночи. Да и от падчерицы она требовала скорейшей беременности. Моя проблема становилась всё больше, пора было принимать решение.
После завтрака Джонас попросил меня о приватном разговоре. Реико явно была раздосадована, но выказала надежду на встречу со мной позднее. Я не особо горел желанием с ней разговаривать. Скорее всего, поднимется тема имущественных прав и консумации брака. Оба вопроса я бы предпочёл отложить до лучших времён. Мне вообще больше хотелось побыть наедине с женой, присмотреться к ней внимательнее, но дела требовали моего участия.
— Что ты хочешь обсудить? — обратился я к другу, когда мы вошли в мой кабинет.
Утром ярко светило солнце, но теперь небо скрыли серые тучи. Об окна разбивались капли дождя. Осень в этом году текла размеренно-лениво, то налетала холодом и ливнями, то ласкала теплом почти летнего солнца.
— Я придумал, как решить твою проблему, — выдал он радостно.
— Снова предложишь откусить Лильен голову?
— Нет, отдай её мне.
— Что? — я оторвал взгляд от окна и развернулся к другу.
— В жёны. Я женюсь на ней.
— Ты что? Женишься на моей жене? Если это шутка, то несмешная, — пророкотал я, двинувшись к другу.
— Подожди злиться, мой лорд, — он выставил перед собой руки в защитном жесте. — Понимаю твою реакцию, ты ухаживал за Лильен, она тебе нравилась и составляла идеальную партию для твоих целей по завоеванию благосклонности знати, ситуация сложилась против вас, только ты всё равно ощущаешь её своей. Но подумай сам, надо что-то делать. Ты не можешь быть с ней.
— А ты претендуешь на мою жену, — рыкнул я, но постарался умерить злость.
Он прав, это лишь инстинкты. Мне надо их заглушить. Джонас не будет покушаться на моё.
— Не претендую. Точнее, претендую, но ничего себе не позволяю. Есть древний обычай, ты можешь передать жену побратиму.
— Он настолько древний, что не имеет силы. Тогда были времена обмена женщинами, драконы могли иметь по несколько жён. Нас не поймут.
— Драконы примут.
— Люди не примут. Они и так с трудом пускают нас в свою жизнь. Вспомни, сколько препятствий я встретил на пути, пока ухаживал за Лильен. Потому даже развод будет иметь последствия, а ты говоришь о передаче жены другому мужчине, словно вещь.
— Это самое безобидное решение, — пожал он плечами.
— Возможно, — прорычал я, всё ещё пребывая в бешенстве. — Но ты думаешь обо мне или о себе?
— О тебе, конечно. Я жениться пока не планировал. Но если Лильен будет мне каждый день улыбаться, готовить и помогать с этими модными удавками, я готов это принять. Она у тебя милая и весёлая.
— Но моя. Твоё предложение мне не подходит, — я махнул рукой, пресекая любые возражения.
Только Джонас и не собирался спорить.
— Как знаешь, — весело закатил он глаза. — Что же тогда делать?
— Ничего. Лильен — моя официальная жена, я выбрал её и взял под защиту. Значит, так и будет.
— А…
— Я согласен с Брандом, Карита не стала бы нам вредить.
