— Нет, на меня Лиам никогда не поднимал руку, — поспешила успокоить своего мужчину, а затем озадачено добавила: — Даже странно сейчас слышать о подобном.
Украдкой, как он думал, выдохнув, Даньян предположил:
— Скорее всего, наша шалость удалась даже лучше, чем ожидалось — получившегося толчка хватило, чтобы истинная сущность короля самую малость проявила себя. Говорил же, в этом слизняке благородство напускное. Или скорее умело взращенное.
А вот с этим я и не подумаю спорить. Достаточно только вспомнить бывшую королеву Илруна, как в такое утверждение очень даже верилось. Розанна Мудрая была великодушной правительницей, умеющей держать всех в ежовых рукавицах. Вполне возможно мать прекрасно видела истинное нутро своего сына и с малых лет пыталась привить ему всё необходимое, чтобы он мог обмануть не только всех вокруг, но и себя самого. А когда королевы Розанны не стало, Лиам обрёл свободу, подкрепленную всеобъемлющей властью.
Снова ощутив дрожь от осознания — какой опасный монстр был подле меня столько лет, неосознанно прижалась плотнее к Даньяну. Сразу стало спокойнее.
— Леди Эрхард сильно пострадала? — спросила я напрямую у лиса, выбросив из головы размышления на всё ещё больную для меня тему.
— Нет, физически она едва ли испытала настоящую боль. Леди Валестина оказалась скорее ошарашена и унижена, — ответил шпион, пока Даньян над чем-то размышлял.
— Ч
— Она посмела ударить тебя? — тут же отвлекся от своих мыслей Даньян, и его пришлось снова успокаивать.
— Только словами. Правда момент был такой, что удары от них воспринимались очень даже ощутимо и крайне болезненно. Поэтому ты уж прости за честность, но сочувствовать ей я не буду, — с уверенностью заявила, в тайне решив проверить Даньяна. Просто любить святых куда как легче, чем сохранять чувства к демонам….
И снова этот невозможный мужчина не разочаровал меня. Даньян только хмыкнул, притянул мою ладонь к своим губам и, оставив на ней лёгкий поцелуй, произнёс:
— Никто от тебя этого и не ждёт. Забыла мои слова? Делай всё, что тебе хочется. Тянет позлорадствовать над той, кто этого заслужил? Злорадствуй. Моё мнение на твой счёт не изменится.
— Так недолго и в монстра превратиться, — заметила я, сама понимая, к чему может привести такая вседозволенность. Вот только мужчину рядом со мной это лишь позабавило и заставило склониться ко мне ближе, чтобы прошептать:
— Тебе это не грозит, ведь я всегда буду рядом, чтобы вновь взрастить добро, сокрытое в твоей душе.
— Что-то пока ты только зло культивируешь, — усмехнулась и, не удержавшись, игриво толкнула плечом Даньяна. После чего вспомнила о ненужном свидетеле такого недостойного поведения, обернулась и заметила, что позади нас никого уже нет. Исполнив свой долг верный Даньяну лис незаметно ушёл.
Сам же Даньян ничуть не удивился нашему уединению и без шуток сказал:
— Потому что только так ты не остановишься на полпути, отомстишь, а затем полностью исцелишься. Иначе ты не сможешь снова стать собой.
— Исцеляться с помощью зла? Какой абсурд, — фыркнула в ответ на такое высказывание. На что Даньян уточнил:
— Но тебе ведь помогает? Или я не прав?
Стоило об этом задуматься, как до меня дошло — всего крупица мести, небольшая и вполне себе приличная насмешка над Лиамом, позволила почувствовать себя гораздо лучше. Напряжение, что росло во мне, исчезло, а в теле воцарила лёгкость. Более того: я спокойно шла по саду, который совсем недавно будто был услан острыми шипами — что ни шаг, то болезненное воспоминание. Это ли не освобождение?
Пользуясь тем, что яркие фонари перед подъездной, к которой мы почти вышли, сделали тень рядом с нами гуще, я прильнула к боку Даньяна и признала:
— Да, кажется, мне действительно стало легче. — После чего посмотрела на того, кто всеми силами старался стать для меня надёжной опорой, и тихо поблагодарила: — Спасибо, что ты узнал о моей силе и пришёл за ней. Впервые я искренне рада наличию своего дара, ведь без него…. мы бы не встретились.
По возвращению в Фирузен на меня навалилось ещё больше работы. Теперь каждый мой день начинался с отчётов о количестве предоставленных гильдиям товаров и составившей за них выручки, а заканчивался грамотным распоряжением растущего бюджета.
Время утекало сквозь пальцы. Срок, за который необходимо было повысить свою значимость, и не только магическую, но и финансовую (что бы кто ни говорил, но золото всегда правило миром), стремительно сокращался. Поэтому приходилось прилагать ещё больше усилий, планируя свои действия далеко наперёд. Теперь я уже не была так бедна, как при изгнании из столицы, потому самое время заложить крепкую основу для будущего состояние. Распыляться на мелочи никак нельзя.
