Благодаря поддержке сразу двух деловых партнёров, в лице Рошель Оршал и Сихана Гойе, торговля с “внешним” миром быстро наладилась. Люди в Фирузене будто чувствуя, что сейчас каждый час на счету, ни дня не сидели без дела. Работа не переставала кипеть ни в коптильнях, ни в кожевнической мастерской, ни в недрах гор. Там жители лучше узнавали о своих “подопечных”, чтобы понимать, где и как применить навыки нечисти.
Благодаря общим усилиям товары множились, вовремя поступая в торговые палаты гильдий, и исправно приносили всем нам прибыль. Но в отличие от жителей Фирузена я почти ничего не оставляла для собственных нужд, вкладывая каждую медную монету в будущее. И нужное направление теперь реально как никогда.
Работающий прототип Ларсэла, грозящий перевернуть мир, был готов. Артефактору пришлось не единожды потерпеть неудачу, но его пытливый ум, а так же мои знания о нечисти, чьи “компоненты” в итоге пришлось использовать, помогли нам найти правильную формулу для создания летающей ладьи. Первое парящее судно было небольшим, вмещало в себя около десяти килограмм, но оно смогло воспарить и не взорваться! А самое главное — не упасть от порывов ветра, а так же перепада температур.
Только после такого результата было решено приступать к изготовлению небольшой летающей ладьи, способной выдержать несколько человек. И для этого требовалось немало средств. Докупать пришлось не так много, но с учётом массового производства в будущем, из-за больших партий недостающих деталей, золото утекало рекой. А ведь нам ещё повезло…
Большую часть ингредиентов для горючего масла, а так же шкуру саламандр мы добывали сами, как и дерево для основы будущего транспорта. На изготовление корпуса лучше всего подошла морозная лиственница, с добычей которой неплохо справлялись арахниды. Кстати, эта нечисть вообще стала незаменима!
Выносливые и трудолюбивые пауки оказались на многое способны. Стоило направить их энергию в нужное русло, как Фирузен заметно преобразился — за считанные дни на пустыре рядом с поселением появились первые постройки из кристаллизованной паутины. Они искрились всеми цветами радуги под первыми тёплыми лучами светила, являя собой начало пути на поприще химерьей архитектуры. Пока ещё мало походящие на привычные беседки или укрытые от ветров комнаты были хаотично разбросаны по площадке, но уже имели своё некое очарование.
Помимо кристальных построек на ближайших скалах появились дорожки и висящие прямо над пропастями мостики. Их арахниды высекали из камня, затем “оплавляя” своей слюной, тем самым делая новые дорожки крепкими и нескользкими. Такую особенность обнаружил один из охотников, получивших от меня постоянно голодного паука — именно по данной причине у этой особи арахнида часто капала слюна из пасти, что и привело к такому полезному открытию.
И завершали общую картину обновленного Фирузена свежеуложенные дорожки у подножья. Теперь там вместо размокшего снега и грязи под ногами красовались тропы, выложенные из сброшенного паучьего хитина. Да, как и саламандры, арахниды тоже были подвержены линьке, но в данном случае их кожный покров не годился для дальнейшего использования ремесленниками. Со временем именно сброшенный хитин будто напитывался влагой, тяжелел и становился похож на гранитный камень, потому совсем не подходил для изготовления оружия или брони. Что не касалось хитина, снятого с убитых тел — он не терял нужную для производства податливость. В нашем же случае первый вариант материала пригодился как нельзя лучше.
Как раз на одном из небольших вечерних собраний мы с троицей старост, специально избранных для совещаний, решили использовать сброшенный хитин в качестве укрывного материала для дорог. Если он хорошо себя покажет, то позже можно будет услать им целый тракт. Воздушный транспорт это хорошо, но надёжные дороги никогда не бывают лишними.
В общем, дел было действительно полно, потому нам всё острее не хватало лишних рук.
— Часть охотников отказывается заниматься иным промыслом, — сообщил на собрании Греир. Как самый старший охотник он ожидаемо был выбран ими в качестве связующего звена между нами. — Они считают, что должны продолжить дело своей семьи и поддерживать баланс в лесу. Иначе лохмачи опять расплодятся.
— Согласна, — ответила я, понимая и разделяя опасения, — раз мы живём здесь и вынужденно истребляем хищников, то и травоядных придётся держать под контролем. К тому же не стоит забывать о стабильном доходе, в коем мы сейчас остро нуждаемся. В гильдиях очень высоко оценили как мех оленей, так и костную муку. Глупо упускать возможность хорошо заработать на этом.
Старший охотник поспешил согласиться:
— Тогда решено. Семьи: Норт, Миро, и Дьер будут и дальше вести охоту, пользуясь вашими тотемами. Остальные начнут уделять больше времени строительству, а так же сборам материалов.
