Как мы покинули залитый светом зал, я плохо помнила. В памяти остался лишь укромный альков недалеко от выхода на террасу, мимо которого в прошлом мне доводилось проходить бесчисленное количество раз, а так же спешно задёрнутая занавесь. Именно там, в полумраке за плотным гобеленом с гордым единорогом на дыбах, я то ли в охватившем меня порыве, то ли стараясь от чего-то избавиться, практически сорвала маску сначала с себя, а потом и с Даньяна. После чего прильнула к мужской груди, обвила его шею руками и… впилась в манящие губы жарким поцелуем.
Всё, надоело бегать.
Знай я, что всё будет именно
Все мысли просто смело невероятными ощущениями от “всего лишь” поцелуя: кожа пылала, кончики пальцев немели, всё внутри, то замирало, то трепетало, а голова шла кругом. Казалось, будто я тону, но делаю это добровольно и с возрастающим удовольствием. Никогда не думала, что касание чужих губ может быть настолько всепоглощающе приятным, что чужое сбившееся дыхание способно так будоражить — мы с Даньяном словно вошли в магический резонанс, взаимно раскачивая наши чувства, заставляя их расти, как снежный ком, готовый вот-вот обратиться лавиной.
Мои руки порхали, касаясь мужских щёк, шеи и зарываясь пальцами в густые волосы на затылке Даньяна. Желание сжать пряди в кулаке, потянуть их на себя, тем самым заставляя мужчину перестать сдерживаться и поцеловать меня куда как крепче, становится непреодолимо. И я не противлюсь такому дерзкому порыву. В ответ Даньян тихо стонет прямо в мои губы и даёт волю себе, начиная блуждать горячими ладонями по моей спине, талии и бёдрам, при этом углубляя наш поцелуй.
Да, это именно то, чего мне так хотелось. Или же не совсем? Кажется, чего-то всё ещё не хватает….
Тело будто захватил оголодавший до страсти и нежности дух — объятья казались не достаточно тесными, губы не достаточно жадными, а ласка слишком сдержанной. С каждым вдохом хотелось большего, с каждым ударом сердца возрастала потребность полностью завладеть человеком в моих объятиях, сделать его своим и только своим. Чтобы эту страсть никто кроме меня более не смог познать.
Наверное, если бы я мыслила чуть более ясно, то подивилась бы своим желаниям. Обычно это мужчина хочет завоевать, подчинить женщину и больше никому не отдавать. Однако в моём случае, пройдя путь достойной невесты, верной жены и в итоге преданной женщины, хотелось именно обладать, а не принадлежать. Как хорошо, что мужчина рядом со мной, кажется, понял это даже раньше меня — Даньян кружил подле, всячески демонстрировал свой интерес, добивался моего расположения и терпеливо ждал первого шага с моей стороны. Стоит об этом подумать, как оказывается очевидно: он готов сам попасть в мой плен, лишь бы я не испугалась и не сбежала. При этом он, как и положено гордому мужчине, старательно держал ситуацию под контролем.
Вот и теперь, когда моё самообладание куда-то исчезло, именно Даньян отстранился первым и хрипло прошептал:
— Адри,. надо…. остановиться…, — Каждое слово сопровождалось лёгким поцелуем в уголок губ, в щеку, в кончик носа, что совсем не способствовало трезвости моего рассудка.
— Ещё немного, — выдохнула я, чтобы опять самой потянуться к покрасневшим губам Даньяна. В этот момент его чёрные глаза источали такую тягу, такое сильное желание продолжить начатое, что мои ноги подгибались под этим взглядом. Однако что-то бессвязно промычав, Даньян не поддался соблазну и просто крепко прижал меня к своей груди, оставляя нежный поцелуй на моём виск
Вырываться было бессмысленно, всё же мужчина достался мне внушительный и не обделённый физической силой, так что оставалось только уткнуться лбом в камзол Даньяна.
Самообладание возвращалось нехотя, но когда удалось собраться с мыслями, моему смущению не было предела. Я настолько захмелела от чувства азарта, что, считай, набросилась на Даньяна! Он-то, судя по всему, только рад такому повороту событий, но куда подевалась моя разумность? Или хотя бы капелька опасения? Мы же оказались так уязвимы по моей вине!
— Тш-ш-ш, — послышалось успокаивающее от Даньяна. Он, как будто, уловил моё состояние, понял ход моих мыслей и тихо сказал: — Нам ничего не угрожало. Пусть ты чуть не свела меня с ума, я не терял бдительности. Хоть это и было очень, очень трудно, — со смешком закончил этот невозможный мужчина.
— Сейчас не до шуток, — проворчала в ответ, бросая осторожный взгляд вверх. Мне сразу же досталась мягкая улыбка, снова запустившая трепет по всему телу, и короткое:
