–Не ворчи. Купи себе еще тот палантин. Помнишь? Похожий на татарский шалаш, который. Тебе же он так понравился. Ну же. Такая будешь в нем чика, да с сумкой. Лухари вилладж. У тебя на работе от зависти все позагибаются. Особенно Лялькина, – голосом змея искусителя шиплю. Даже фамилию лютой Липкиной соперницы вспомнила. Вижу, что Липка ведется по алчному блеску в ее глазах.
– Этот шалаш стоит как однокомнатная квартира,– облизывается моя подружка.
– Как раз, как любят Половцевы. Дорого-богато.
– Но они же захотят увидеть, на что ты потратила деньги.
– Не захотят, им плевать, что я куплю. Так что, по рукам?
Через пять минут я стою на улице. Телефон я оставила Липке, которая сейчас, наверняка, задрав хвост носится по бутикам. По сути она права, я ее подставляю. Но мне от чего-то совсем не стыдно. Это ведь подруженька сдала меня Половцевым, я точно знаю. Делала она это из благих побуждений. Решила вернуть меня в богатую семью. Хорошая подруга. Заботливая. Но… Где уверенность, что сейчас она меня не сдаст? Ну я вас умоляю, какая женщина откажется от вожделенных тряпок. Да Липуся сейчас не помнит даже о том, что за бесплатный сыр всегда приходится расплачиваться.
– Куда вам, мадам? – интересуется таксист, как по мановению волшебной палочки остановивший возле меня свой экипаж. Прям Сивка-бурка.
– Архив МВД,– отвечаю я коротко.– Если довезете быстро, минуя пробки, заплачу двойной тариф.
Зачем я еду туда? Не знаю. Может быть просто для того, чтобы убедиться, что Аркадий враль и подлец? Все равно мне не станет проще. Потому что я страшно скучаю по злобному великану. Что я хочу узнать? Где сейчас предатель, бросивший нас с мамой в детстве? Зачем? К чему мне эта информация? Он сломал и маму, сделал ее тем, кем она стала. Всю жизнь считала копейки. А потом продала дочь за сытую жизнь. И винить ее за это просто глупо. Она считает, что сделала меня счастливой. У меня есть все, что многим даже и не снилось. Наверное в ее понимании я просто глупая овца, не понимающая своего счастья. Сломанные судьбы. Искривленные понятия хорошего. И все это заслуга Майорова Игоря Александровича. Черт, я даже фамилию его вымарала из жизни и документов. И вот тебе на, снова он всплыл, снова портит мне жизнь.
Прибыли,– улыбается водитель.– Экспресс такси, мадам. Расплачиваться наличными будете?
– Вы просто Вин Дизель,– улыбаюсь я, достаю из сумочки купюры, которые даже не утруждаюсь пересчитать.
– Много,– хмурится дядька.– Давайте я вас подожду и отвезу куда скажете. И это, вы бы не показывали сколько у вас денег при себе. Мало ли подонков. А женщина вы красивая, и… У таких, как вы должна быть охрана. Если бы я был вашим мужем, я бы ни за что…
– Вы не можете быть моим мужем, потому что слишком хороший человек,– говорю я холодно. Выбираюсь из машины, дрожа от странного предчувствия надвигающейся катастрофы.
В архиве тихо. Настолько, что кажется воздух звенит от этой тишины гнетущей. Хочется просто развернуться и сбежать. Но, я гоню от себя эту мою слабость. Слишком часто я бегу от проблем. Предпочитаю плыть по течению. И еще, мне от чего-то страшно важно исполнить приказ чертова капитана.
– Мы не даем посторонним информацию о заключенных, осужденных по тяжким статьям,– механически говорит работница архива выслушав мой запрос. Стучит равнодушно по кнопкам клавиатуры. Абсолютное равнодушие, которое меня даже успокаивает.
– Заключенных? – это же ошибка. Мой отец не может сидеть в тюрьме. Что угодно, но не это.– Послушайте, я дочь этого человека. И мне нужно знать, где сейчас находится мой отец и жив ли он.
– Паспорт, данные о смене фамилии, свидетельство о браке,– даже не подняв на меня глаза диктует список эта молодая нахалка.– Запрос рассматривается в течение месяца. Оплата таксы за рассмотрение в кассе архива на первом этаже.
– Месяц это долго. Мне надо сейчас. Я заплачу, хорошо отбашляю, – да уж, я быстро учусь. Половцевы шикарные учителя.
– Я сейчас вызову охрану. Камеры наблюдения зафиксировали момент предложения вами мне взятки, – наконец то соизволивает опуститься до созерцания моей персоны мерзавка.– Хотите? Или все же по протоколу будем действовать? Запрос. Касса. Месяц.
– У меня нет месяца,– шепчу я. Скандал мне сейчас не нужен. Он сразу станет всеобщим достоянием. Половцевы мне не простят самовольства.
– Ничем не могу помочь,– заканчивает разговор сотрудница архива и демонстративно уходит, оставив меня одну.
Час на исходе. Надо спешить. Месяца у меня нет. Через две недели назначена процедура ЭКО. Да, Витя торопится. И мне очень интересно чем вызвана такая спешка. И что-то мне подсказывает, что Северцев не просто так навел меня на след человека, благодаря которому я увидела этот чертов свет.
– Сука ты, Северцев,– бурчу себе под нос. Спускаясь по ступеням. Таксист так и не уехал. Ждет меня. Смотрю на часы. Успеваю.
Липка ждет меня в фойе, навьюченная сумками, как довольная верблюдица. Улыбаюсь, она порезвилась по-взрослому. Выдоила счет Половцевых на кругленькую сумму. Что ж, это ей подарок от них за помощь в моем порабощении.
