– Да что вы говорите? Да я уже не второе, а сорок второе мнение получила! И речевых неврологов и психоневрологов прошла, не говоря уже о врачах, занимающихся проблемами слуха! Даже у московских светил, приезжавших на конференции выцарапала консультации. Но Андрею не нужны ни таблетки, ни процедуры. Он просто в папу! У них в семье все мальчики начинали разговаривать ближе к трём годам. И тут, знаете, главное не проконсультировать, а перестать это делать! Прекратить истерику и просто жить с ребёнком, который пока не готов с вами говорить, как бы вам этого не хотелось. Как бы вам ни было больно отвечать на такие правильные, такие праведные вопросы чужих людей. Тех самых, которые никогда и ничего для вашего ребёнка не сделали!
Руки ходили ходуном, Вадим пытался меня успокоить, но я вырывалась. А когда Андрюшка начал капризничать, и вовсе переключился на него. А я не могла отвести взгляда от голубых глаз, похожих летящими во все стороны искрами на сварку.
Зуев налил в стакан сок и протянул мне. Хотелось выплеснуть ему его на физиономию, но я сумела сдержаться. Но стакан вырвала из рук Артёма слишком резко.
Несколько капель красного сока пролились на столешницу. Одна попала на ткань лифа. Зуева повело.
– Успокойтесь, Валерия! Сначала попейте. Потом всё остальное. Воды вам дать?
– Не дать. Спасибо. Я и с ребёнком, и с оком разберусь сама. Спасибо за предложение.
Я вскочило на ноги и отвернулась от стола. Налила в бокал воды и быстро, как после пробежки, выпила. Потом оторвала нетканое полотенце и начала оттирать светлую ткань сарафана. Получалось плохо.
– Если хотите, можете воспользоваться гостевой ванной. Она сразу за стенкой. Там вы спокойно можете снять платье, замыть пятно и высушить ткань феном.
– И откуда вы такое знаете? Разве за вас не делают всё это специально нанятые работники? – огрызнулась я уже вяло.
Зуев вздохнул.
– Я обеспечен, а не беспомощен, как вы себе могли представить. Я здесь живу один и справляюсь самостоятельно. И я так всегда делаю, когда нет возможности переодеться во что-то другое. – Он посмотрел на меня уже почти спокойно. – Извините, что повёл себя нетактично. Если понадобится сода, она в нижнем ящике шкафчика. Поторопитесь, иначе пятно останется навсегда.
Зуев кивнул в сторону выхода из кухни. Я кивнула и последовала его совету. У дверей обернулась и успела поймать два мужских взгляда. Один жаркий, заинтересованный, а второй удивлённый.
И пока я, стоя в нижнем белье, оттирала красное пятно с ткани, вдыхала концентрированный аромат Зуева. Мне казалось, что он касается моих плеч, груди, трогает живот и скользит по ногам.
Это возбуждало и пугало одновременно. Будоражило кровь и будило фантазии. А из зеркала на меня смотрела девушка с блестящими глазами и ярким горячечным румянцем.
И в этот момент я поняла, что влипла. Влипла по самые уши в Зуева.
То, что Зуев цеплял меня до самого дна, стало неприятным открытием. Я старалась выбросить эту мысль из головы. Но вела себя неадекватно и понимала это. Словно в бреду открыла флакон геля для душа и моментально оказалась в доме. В кольце рук Зуева.
По спине пробежали мурашки, и я одновременно зажмурила глаза от удовольствия и стиснула зубы от желания противостоять внезапному наваждению. Да что это вообще такое? От Вадика так не крыло!
Хвойный запах просочился мне в лёгкие, одурманил голову. А потом потёк по венам горячим потоком. Скрёб по коже и искрил электрическими разрядами по обнажённым нервам.
Обнажённым!
Распахнув глаза, я заметалась по ванной комнате. Пыталась сушить сарафан феном, но он никак не хотел высыхать. Надела влажным, но через ткань просвечивали трусики. Обычные, хлопковые. Без кружева.
Почему-то это тоже расстроило. Я снова сняла сарафан и продолжила остервенело сушить ткань. Хоть пятна не осталось, и то хлеб. А с мокрой тканью справиться можно.
Распахнув дверь ванной, я едва не столкнулась с Вадимом.
– Лер, с тобой всё в порядке? Ты сегодня какая-то странная.
– Нормально всё, – раздражённо ответила я.
– Вот, и я говорю, что ты дёргаешься, от любого слова. С Зуевым сцепилась. Лер, ты чего? Хочешь бросить эту затею?
– Нет!
– Тогда давай возвращаться.
Я кивнула и первой вошла в кухню. Зуев смотрел на меня насмешливо.
– Вы вернулись? Я думал, что сбежали через окно и уже подъезжаете к городу. Хотел звонить и говорить, что вы забыли ребёнка.
– Мы не забыли. – Любое слово Зуева о сыне задевало меня за живое. – Видите? Все здесь. Все ваши требования выполнили. Еду приготовили, паспорта предъявили, на все вопросы ответили. Может быть, закончим уже с разговорами?
Зуев снова улыбнулся своей высокомерной улыбкой.
– Что вы, на самый главный вопрос я ответа не получил.
– На какой же?
– Как вы будете расплачиваться?
Я пожала плечами и посмотрела на Вадима. Он отодвинул стул и помог мне занять место за столом. Сам уселся рядом и ответил, – скорее всего безналом на расчётный счёт. Или вы предпочитаете наличку?
– Я предпочитаю понимать, откуда вы возьмёте деньги? Вы же инвестируете. Будете вынимать из бизнеса? Это же не так быстро.