Теперь на Вадима было страшно смотреть. Это то, что он много раз говорил брату. Но тот всё время отнекивался. Говорил, что и в квартире хорошо. И вот теперь моему поддельному мужу надо было обосновать позицию, которая ему была совершенно неблизка.
– Задумывался, конечно. Но, во-первых, свободных денег от инвестиций не оставалось. А во-вторых, у нас рядом прекрасный парк с прудом. Там тоже прекрасно можно гулять.
– Но свой дом, это совсем другое. Это больше свободы и возможностей.
– Ага. А ещё больше проблем. В многоквартирнике что бы ни происходило с коммуникациями, если течёт не в твоём жилье, решает кто-то другой. В своём доме, даже если рухнул электрический столб на две улицы раньше и у тебя вырубился свет, то проблемы всё равно твои. Звонить, писать. Следить, платить. Это всё ложится в разной степени на плечи собственника дома.
– И с этим домом будет точно так же. Вас это не пугает?
– Нет. Во-первых, у нас появились свободные деньги, и мы себе это можем позволить. А во-вторых, доросли до дома. Готовы к дополнительным обязанностям. И к налогам готовы.
Зуев одобрительно хмыкнул.
– Приятно разговаривать с разумным человеком. Большинство людей даже не представляют, какие дополнительные расходы ложатся на их плечи, когда они получают недвижимость в собственность. Думают, что заплатив продавцу, они будут без вложений жить припеваючи.
С непривычки на чужой кухни и от переживаний за итог разговора, я громко звякнула ложкой о сковороду. Мужчины подняли на меня глаза. Во взгляде Зуева читалась цепкость хищника, готового кинуться на жертву в любую минуту.
А Вадим был сердит. Он словно говорил мне: «Послушай умного человека. Купить дом – плохая идея. Меня не слушаешь, пойми, что это дельная мысль. Чем ты будешь платить налоги за этот домище?».
Я сделала вид, что ничего особенного не произошло, и продолжила готовить. Вспомнила, что не заказала томатный соус. Решила, что можно выкрутиться, используя кетчуп. Распахнула холодильник и ахнула.
Внутри ничего не было!
Я недоверчиво обернулась к Зуеву. Тот окатил меня раздражённым взглядом. Мне хотелось спрятаться за створку морозилки, но такими злыми глазами он мог бы прорезать и в ней дыру.
– Простите, я хотела только взять пару ложек кетчупа.
Зуев посмотрел на меня так, словно готов был накинуться и трясти, пока не вышибет из меня душу. Столько в этом взгляде было намешано. И горечь, и злость, и ярость. И ещё что-то такое, от чего у меня на руках поднялись волоски.
Мне хотелось убежать. Скрыться за высоким забором. Спрятаться от Зуева и его чувств.
Воздух в комнате моментально накалился. Я застыла, ожидая его вердикта.
Артём подошёл к холодильнику и, захлопнув дверцу, оказался ко мне почти вплотную.
От его близости у меня перехватило дыхание. А взгляд голубых глаз Зуева ранил в самое сердце.
Отойдя на шаг в сторону, он произнёс с досадой.
– У вас удивительная способность, Валерия, забираться туда, куда вас не просят, и находить то, что не предназначено для ваших глаз. Не делайте так больше. Потому что у каждого есть слабые точки. Если я начну копать ваши, вам не понравится.
Зуев всё время нас разглядывал. И если Вадима только периодически, когда тот что-то говорил или общался с Андреем, то на меня смотрел безотрывно. Мне казалось, что я нахожусь под прицелом винтовки с оптическим прицелом, в которую видно каждый прыщик, некстати выскочивший на лбу.
От агрессивного взгляда голодного свирепого хищника у меня всё сыпалось из рук. Креветки вывалились на столешницу, и её пришлось приводить в порядок. Упаковку с мидиями я грохнула на пол. А когда распечатала, поняла, что теперь придётся выбирать осколки.
Мне казалось, что я нахожусь во внимании Зуева, как в клетке. Меня трясло мелкой дрожью. Руки дрожали, и я даже умудрилась порезать палец. Но когда Артём насмешливо спросил, остановит ли это приготовление еды, я сунула палец в рот.
Лицо Зуево перекосилось. Понять, что привело его на следующий уровень бешенства, было невозможно. Да я уже и не пыталась. Просто поставила себе цель купить этот дом и делала всё, что могла.
Надо чистить креветок? Не вопрос. Надо крошить лук с накрашенными глазами – я смогу. Выбирать крошечные осколки? Нет проблем, даже если нет пинцета, а на пальце порез.
Когда вся еда была готова, я положила сваренную отдельно молочную кашу для Андрюшки. Когда сын начал деловито орудовать ложкой, накрыла стол для взрослых. Разложила приборы. Салаты, в отсутствии салатников, выложила в глубокие тарелки. Пасту подала порционно.
Вадима распирала гордость за мои поварские способности. Он без устали нахваливал еду. Делал это с набитым ртом, но воодушевлённо. Зуев только односложно соглашался или кивал. А потом поинтересовался.
– И где вы так хорошо научились готовить, Валерия?
Я вздрогнула от прямого обращения ко мне и едва не выронила вилку из рук.
– Это ещё в школе. Мама на работе, ужин на мне.