– Чёрт, да я… – Виктор попятился, но Алиса удержала его за локоть.
– Это же вы. Настоящий.
Он рассмотрел детали: трещины на стенах клиники дышали, в них копошились светлячки – метафора надежды, которую он отрицал. На пороге стояла тень с его лицом, но без шрамов.
– Почему без ран? – спросил он хрипло.
– Потому что теперь вы можете выбирать, – Алиса коснулась холста, и тень обернулась, показав лицо – всё те же морщины, но с глазами, в которых не было привычной желчи.
4. Звёздные киты и смех в эфире
Где-то на краю галактики Лиза парила на спине существа, чьё тело состояло из туманности и звёздной пыли. Кит пел, и звуковые волны оставляли за собой радужные шлейфы. Алексей, сидя у него на голове, пытался поймать луч энергии в бутылку из подпространства.
– Марта будет в ярости, если мы вернёмся без образцов, – крикнул он, ныряя в облако ионизированного газа.
– Скажем, что кит съел! – Лиза, расправив крылья (теперь полупрозрачные, как крылья стрекозы), догнала его. – Держи!
Она бросила ему кристалл с каплей чёрной жидкости. Алексей поймал, но вместо взрыва, жидкость расцвела голограммой – Алиса с кистью в руках и Виктор у мольберта.
– Смотри, даже он нашёл покой, – ухмыльнулся Алексей, прикрепив кристалл к ожерелью из клыков тварей.
«Покой… Или передышка?» – она поймала отражение в чешуе кита. Её шрамы светились слабее, но где-то в глубине, в уголке глаза, всё ещё мерцала точка – частица нейросети Создателей.
5. Зерно нового начала
Когда галерея опустела, Алиса осталась дописывать портрет – автопортрет с куклой. Той самой, из зеркала. Но теперь кукла улыбалась, а её трещины были заделаны золотом.
Холст дрогнул. Из мазка краски выползла тень, приняв облик девочки с QR-кодами вместо глаз.
– Мы не исчезли… – прошептала она голосом Создателя. – Семя прорастёт в самом красивом сне.
Алиса, не дрогнув, окунула кисть в чёрную жидкость из пробирки Виктора.
– А я знаю, как сжечь сорняки.
Маленький взрыв поглотил тень, оставив на холсте дымящуюся дыру. Девочка вздохнула, зарисовывая провал новым узором – спиралью, переходящей в крылья.
На рассвете Виктор вернулся, неся две кружки настоящего кофе. Они молча наблюдали, как первый луч солнца подсвечивает трещину в куполе – ту самую, через которую Лиза когда-то ворвалась в зал Создателей.
– Спасибо, – неожиданно сказал он.
– За что?
– Не знаю. Наверное, за то, что не дала мне стать ими.
Где-то в глубине галереи тень куклы собрала пепел в ладонь, начав лепить крошечный кокон. Но пока это был лишь комок глины – беспомощный и тихий.
Алиса взмахнула кистью, добавив в угол автопортрета летящий бумажный кораблик. Тот самый, что когда-то уплыл в реку времени. Где-то он всё ещё плыл, неся семена новых миров. И новых битв.