– Стих, конечно, годный, – сказал он, аккуратно подбирая слова, когда я закончила, – Но, Алиса, я его в сети, на самиздате видел.
– Серьезно? Скажи еще в отдельном сборнике. – Мне стало откровенно весело.
– Ну, да. – Никита не разделял моего оживленного настроения.
– Слушай, а кто вообще читает сборники стихов в интернете? – Я откровенно развлекалась, нет ну надо же было напороться на живого читателя! Интересно, как теперь выходить их этого положения?
– Для чего-то же их выкладывают? Ладно, Алиска, со стихами, ты права, нужно что-то придумывать.
– Точно! – я уже придумала. – Давай ты напишешь автору тех стихов, в интернете. Думаю, она согласиться.
– Вряд ли, – засомневался приятель.
– Не попробуешь, не узнаешь, – выдала я очередную прописную истину, и стала собираться домой. – А когда спишешься, поговорим, может я чего толкового придумаю про название и имидж. Но не больше. Петь я на сцене не буду. Кстати, а почему бы тебе для этих целей Вику Рыжову не позвать, если тебе так женский вокал хочется.
Кафе, в которое я привел Алису, чтобы отпраздновать поступление в институт, мне очень нравилось. В мою студенческую бытность это была забегаловка с высокими столиками, с пакетированным чаем в стеклянных стаканах и пирожными класса «картошка» на картонных блюдечках. Во второй половине дня от студентов здесь было не протолкнуться. Стояли по пять – шесть человек за одним столиком, ржали по никому не понятным причинам, пили обжигающий чай, ели замшелые сладости, а после выкинув пакетик в здоровенное ведро, и сдав стакан на кухню расходились по домам, библиотекам, общагам.
В прошлом году кафе закрыли на ремонт. А через пару месяцев оно вновь заработало. Но не было больше ни кафельного пола, ни высоких столов, ни сомнительной выпечки. Только приглушенный свет, диванчики с цветными подушками, полки с книжками, нежная не навязчивая музыка, приятное меню, и улыбающиеся девчонки, запоминающие заказ наизусть. Меня не покидало ощущение, что заведение выросло вместе со мной. И это было так естественно, гармонично.
Алиса сидела напротив и задумчиво изучала меню.
– Нашла что-то интересное? – Спросил я.
– Да, – она хитро улыбнулась – Теперь жду, когда подойдет официант, чтобы уточнить у нее, что здесь подразумевают под словом «крем-брюле»: мороженное или десерт?
– Ты все по сладостям. Нет, чтобы мяса заказать, – пожурил я подругу. – Скоро ветром уносить будет.
– Я в сезон ветров мелочь размениваю, и в карманах ношу, – с серьезным видом заявила девушка, – Мясо я себе и дома приготовлю, при том той прожарки, которую я ем, а вот с десертами у меня не очень.
– Мне твои кексики понравились, – вспомнил я вкусность, которой она меня как-то побаловала.
– То-то и оно, что получились кексики, а должны были быть брауни.
От обсуждений тонкостей высокой кухни нас отвлекла официант. Алиса, уточнив, что крем-брюле не мороженное, заказала его. Я взял себе нормальной еды, такой же десерт и чайничек чая на двоих. С заказом принесли и подожгли свечку в светильнике. Отчего обстановка сделалась почти домашней.
Алиса с восторгом и удивлением рассматривала свой десерт:
– Нет, ну надо же! Корочку карамельную запекли! – она разломала ложкой верхушку, и отправила в рот, даже на вид, нежный крем. – Как же вкусно! – словно довольная кошка сощурила глаза.
– Дай попробовать, – попросил я, глядя на ее умиленное лицо. Лисенок не стала жеманничать, щедро зачерпнула ложкой десерт, и аккуратно протянула мне. Не было в этом жесте ничего ни пошлого, ни вульгарного. Я принял угощение. Было действительно вкусно. Посмотрел на Алису, у той в глазах сверкали озорные огоньки. Хотя это могло быть лишь отражение свечи.
– А за это я с твоей тарелки стяну брокколи, – задорно выдала она, и зеленый овощ, к моей огромной радости, перестал меня смущать своим присутствием.
– Себе бы заказала, и ела, – попытался изобразить серьезность.
– Не жадничай, – и с тарелки исчезла еще одна ненавистная капустка.
Так, продолжая веселится и дурачится, мы сидели, общались, пили чай и были полностью расслаблены. Алиса в красках рассказывала историю о попытке местного модельера запрячь ее на производство ткани.
– Не прошло и пары дней с выставки, как мне на сотовый звонок, аккурат, так утром, после выпускного. Я ответить ответила, а проснуться не проснулась. На том конце приятный женский голос говорит: «Здравствуйте, я Татьяна Бурина», и пауза такая многозначительная. Я в ответ «Здравствуйте, очень приятно, чем могу быть полезна?» А сама думаю: для звонка из деканата рано еще. На подработку этим летом не устраивалась.
