| And we were busy then with powder, scent, and rouge, until the bell rang and her visitors came in. | И мы занялись пудрой, духами и румянами, пока звонок не возвестил, что пришли гости. |
| I handed them their drinks, dully, saying little; I changed the records on the gramophone, I threw away the stubs of cigarettes. | Я подавала коктейли, я меняла пластинки на граммофоне, выкидывала окурки сигарет, все это тупо, почти ничего не говоря. |
| 'Been doing any sketching lately, little lady?' | - Рисовали что-нибудь, милочка, в последнее время? |
| The forced heartiness of an old banker, his monocle dangling on a string, and my bright smile of insincerity: | Деланная сердечность старого банкира, его монокль, болтающийся на ленте, и моя фальшивая улыбка. |
| 'No, not very lately; will you have another cigarette?' | - Нет, в последнее время нет; не хотите ли сигарету? |
| It was not I that answered, I was not there at all. | Отвечала ему не я, меня вообще там не было. |
| I was following a phantom in my mind, whose shadowy form had taken shape at last. | Я следила мысленным взором за призраком, туманные очертания которого наконец стали приобретать какую-то четкость. |
| Her features were blurred, her colouring indistinct, the setting of her eyes and the texture of her hair was still uncertain, still to be revealed. | Черты его были расплывчаты, цвет лица смутен, разрез глаз и оттенок волос все еще неизвестен, их все еще надо было разглядеть. |
| She had beauty that endured, and a smile that was not forgotten. | Она обладала красотой, которая не умирает, и улыбкой, которую нельзя забыть. |
| Somewhere her voice still lingered, and the memory of her words. | Где-то все еще звучал ее голос, в чьей-то памяти оставались ее слова. |
| There were places she had visited, and things that she had touched. | Существовали места, где она бывала, вещи, которых она касалась. |
| Perhaps in cupboards there were clothes that she had worn, with the scent about them still. | Возможно, в шкафах все еще висели ее платья и витал запах ее духов. |
| In my bedroom, under my pillow, I had a book that she had taken in her hands, and I could see her turning to that first white page, smiling as she wrote, and shaking the bent nib. | У меня в спальне под подушкой лежала книга, которую она держала в руках; я так и видела, как она раскрывает ее на первой странице и, стряхнув перо, пишет с улыбкой: |
| Max from Rebecca. | "Максу от Ребекки". |
| It must have been his birthday, and she had put it amongst her other presents on the breakfast table. | Наверно, это был день его рождения, и она положила книгу утром среди прочих своих подарков на столике у кровати. |
| And they had laughed together as he tore off the paper and string. | Они смеялись вместе, когда он срывал бумагу и тесемку. |
| She leant, perhaps, over his shoulder, while he read. | Возможно, она перегнулась через его плечо, когда он читал надпись: |
| Max. She called him Max. | "Максу..." Она называла его Макс. |
| It was familiar, gay, and easy on the tongue. | Имя звучало весело, интимно и легко слетало с языка. |
| The family could call him Maxim if they liked. | Родные могли называть его Максим, если хотели. |
| Grandmothers and aunts. | Всякие там бабушки и тетки. |
