Речной лорд полностью

Что лучше? Ничего не говорить Красному Змею, ни о чем не предупреждать и дать возможность благополучно погибнуть от рук Горы? Или, наоборот, поспособствовать, чтобы тот выжил? Роман так и не нашел ответа. И в одном, и в другом варианте имелись как плюсы, так и минусы. Возможная смерть Тайвина как будто выглядела предпочтительней. Но для этого и Мартеллу надо умереть. Его гибель запустит интересную цепочку событий. Но и в другом варианте имелись серьезные резоны.

Карил знал очень многое. Роман, не таясь, рассказал о своих якобы снах. Умный, наблюдательный, не склонный к риску, спокойный, как удав, Венс должен найти единственно правильное решение. Именно ему предстояло разобраться в столичных раскладах. И он сделает судьбоносный ход. Там, в Королевской Гавани, Карил решит, на кого поставить – на Тиреллов или Мартеллов. А вдруг и с Ланнистерами найдётся подходящий вариант?

– Видят Боги, я старался, – прошептал Роман, провожая взглядом спину Венса. Он забрался на надвратную башню и долго стоял, смотря на восток. – Теперь остается лишь ждать.

– Ну что, ублюдок, допрыгался? – сир Джон Личестер по прозвищу Коготь упер меч в горло седому, заливающемуся слезами мужику с нечёсаными волосами и клокастой бороденкой. Мужик был без штанов и все пытался совершить несколько дел одновременно: и вымолить пощаду, и прикрыться, и даже убежать.

Ничего у него толком не получилось. Отряд лорда Карила Венса в количестве двух десятков человек направлялся в Королевскую Гавань. Хозяин Приюта Странников решил, что двигаться по восточному берегу Божьего Ока будет не самой здравой идеей. Харренхолл вновь захватил сир Григор Клиган. У них вроде и имелось согласие лорда Тайвина на встречу, но оно не гарантировало безопасности. Гора мог выкинуть такой номер, что мало им не покажется. Поэтому он выбрал более безопасный путь – через Высокое Сердце, Желуди, наметив обогнуть Божье Око не с востока, и со стороны Харренхолла, где обосновался Гора, а с запада. В урочище Воронья Пядь, оставив позади Желуди, они наткнулись на прелюбопытную картину. Мужик, к горлу которого Коготь сейчас прижимал меч, вовсю наяривал, насилуя молодую девчушку. Он хохотал, сопел и не обращал внимания на ее крики о помощи и слабые попытки отбиться.

Все было ясно – насильник поймал девушку, когда та отправилась в лес за грибами. Ее корзинка с несколькими вывалившимися боровиками и маслятами, откатилась чуть в сторону. К сожалению, с началом войны такие случаи на некогда мирном Трезубце стали проходить сплошь и рядом.

Насильник так увлекся, что ничего не услышал. И лишь когда по знаку Личестера один из гвардейцев подошел к парочке вплотную, перетянул мужика по спине плетью и спросил, не требуется ли ему помощь, то от неожиданности заорал и скатился с девушки. Та отползла назад, одернула юбку и замерла, переводя взгляд с одного воина на другого.

Насильник сразу же обмяк, стал каким-то мягким, скулящим и робким. И его мужское достоинство скукожилось, спрятавшись в густой поросли паха.

– Не убивайте. Не убивайте, милорд. Я вам пригожусь, – он надеялся вымолить пощаду, глотая сопли и размазывая по роже слезы.

– Кончайте его, – приказал лорд Венс. С насильниками, которых развелось невероятное количество, разговор всегда короткий. Тем более, здесь, на земле Смолвудов, своих вассалов, он имел право вершить правосудия. Да и без всякого права он бы поступил схожим образом.

– Живее, парни, нас дорога ждет, – поторопил сир Личестер гвардейцев. Том Крепыш сноровисто перекинул веревку с петлей через сук.

– А-а! – заорал мужик и пополз вперед, намереваясь поцеловать сапог лорда. Карил брезгливо отдернул ногу, но позу в седле так и не переменил. Как сидел, сгорбившись, накрывшись плащом с капюшоном и облокотившись о луку, так и сидел.

Мужика, предварительно связав руки за спиной, вздернули «быстро и коротко». Он захрипел, задергал ногами, успел проклясть свою непутевую жизнь, да и обосрался под конец. По полянке пошел тяжкий дух.

Венс брезгливо отвернулся, кинул девушке монету и приказал двигаться дальше. Очумелая, толком не пришедшая в себя, крестьянка стремглав побежала в сторону родной деревни.

Конь всхрапнул и переступил ногами, начиная движение. Уже через сотню ярдов Карил забыл о мужике, пострадавшей девке и обо всем прочем.

Мысли крутились вокруг Эдмара Талли и его поручения. Венс всегда умел замечать мелкие детали и обращать внимание на то, что ускользало от прочих. И он с уверенностью мог сказать, когда его друг и сюзерен Эдмар изменился. Конечно, не с точностью до дня, но уж седмицу, когда это случилось, он запомнил прекрасно. Первую тревогу он почувствовал в то время, когда Робб Старк вернулся в Риверран из похода на Запад. Именно в те дни Талли словно подменили.

В замке немало говаривали о том, как Эдмар отказался подчиняться Старку и Черной Рыбе. Да что там говорили – об этом до сих пор сплетничали.