Военный спор между христианством и исламом длился уже 900 лет. Он начался, когда арабы-мусульмане отняли у Византийской империи Сирию (634 год). Он продолжался год за годом, когда империю завоевали сарацины, а Испанию — мавры. Христианство ответило крестовыми походами, в которых обе стороны прикрывали религиозными фразами и пылом свои экономические цели и политические преступления. Ислам в ответ захватил Константинополь и Балканы. Испания изгнала мавров. Папа за папой призывал к новым крестовым походам против турок; Селим I поклялся построить мечеть в Риме; Франциск I предложил западным державам (1516) полностью уничтожить турецкое государство и разделить его владения между собой как добычу неверных.15 Этот план был сорван из-за раскола Германии в ходе религиозной войны, восстания испанских коммун против Карла V и второй мысли самого Франциска — обратиться за помощью к Сулейману против Карла. Возможно, Сулеймана спас Лютер, ведь лютеранство многим обязано Сулейману.
Каждое правительство стремится расширить свои границы, отчасти для того, чтобы увеличить свои ресурсы и доходы, отчасти для того, чтобы создать дополнительную защитную территорию между своими границами и столицей. Сулейман полагал, что лучшая защита — это нападение. В 1521 году он захватил венгерские крепости Сабач и Белград, а затем, почувствовав себя в безопасности на Западе, направил свои силы против Родоса. Там христиане под командованием рыцарей Святого Иоанна удерживали сильно укрепленную цитадель прямо на пути из Константинополя в Александрию и Сирию; она казалась Сулейману опасным чужеземным бастионом в турецком море, и на самом деле пиратские корабли рыцарей охотились за мусульманской торговлей.16 в одном конце Средиземного моря, как мусульманские пираты Алжира охотились за христианской торговлей в другом. Когда мусульмане попадали в плен во время этих рыцарских набегов, их обычно убивали.17 Суда, перевозившие паломников в Мекку, перехватывались по подозрению во враждебных целях. «При всех обстоятельствах, — говорит христианский историк, — Сулейману не нужно было оправдываться за нападение на Родос»;18 А выдающийся английский историк добавляет: «В интересах общественного порядка остров должен был быть присоединен к турецкому государству». 19
Сулейман атаковал с 300 кораблями и 200 000 человек. Защитники во главе с престарелым Великим магистром Филиппом де Вилье де Л’лле-Адамом сражались с осаждающими 145 дней и в конце концов сдались на почетных условиях: рыцари и их солдаты должны были покинуть остров в безопасности, но в течение десяти дней; оставшееся население должно было получить полную религиозную свободу и на пять лет освобождалось от дани. На Рождество Сулейман попросил встречи с Великим магистром; он выразил ему соболезнования, похвалил его храбрую защиту и вручил ценные подарки, а визирю Ибрагиму султан заметил, что «его очень огорчило то, что он вынужден был заставить этого христианина в преклонном возрасте покинуть свой дом и имущество».20 1 января 1523 года рыцари отплыли на Крит, откуда через восемь лет перебрались на Мальту. Султан запятнал свою победу, предав смерти сына и внуков принца Джема за то, что они стали христианами и могли быть использованы, как и Джем, в качестве претендентов на османский престол.
В начале 1525 года Сулейман получил письмо от Франциска I, находившегося в то время в плену у Карла V, в котором тот просил его напасть на Венгрию и прийти на помощь французскому королю. Султан ответил: «Наш конь оседлан, наш меч подпоясан».21 Однако он уже давно принял решение о вторжении в Венгрию. Он отправился в путь в апреле 1526 года со 100 000 человек и 300 пушками. Папа Климент VII призвал христианских правителей идти на помощь государству, находящемуся под угрозой; Лютер посоветовал протестантским князьям оставаться дома, поскольку турки, очевидно, были божественным визитом, и сопротивляться им означало бы противиться Богу.22 Карл V остался в Испании. Последовавшее за этим поражение венгров при Мохаче стало для христианства не только физическим, но и моральным поражением. Венгрия могла бы оправиться от катастрофы, если бы католики и протестанты, император и папа римский трудились вместе; но лютеранские лидеры радовались турецкой победе, а армия императора разграбила Рим.
