Реформы в России в 2000-е годы полностью

Выдвигавшиеся каждым участником рынка аргументы, касающиеся необходимости принятия Закона о торговле, не соответствуют одной-единственной логике обоснования государственного регулирования деловых отношений бизнес-партнеров, а отсылают к разным способам аргументации в зависимости от контекста. Их позиции основываются на сложных комбинациях рыночных, индустриальных и гражданских обоснований. Более того, у них отсутствует единая позиция, которой придерживались бы большинство представителей одной категории участников рынка (например, и крупные, и малые поставщики или и члены Государственной думы, и сотрудники Федеральной антимонопольной службы). Тем не менее можно выделить наиболее свойственные торговым сетям и их контрагентам логики обоснования, делая при этом необходимые уточнения, касающиеся специфики позиций внутри каждой группы.

Как уже было сказано выше, публичные обсуждения необходимости государственного регулирования торговой деятельности начались в конце 2006 г., и тогда представители МЭРТ указывали на все чаще возникающие системные проблемы и соответствующие им конфликты в отношениях между торговыми сетями и их поставщиками. Отдельную повестку дня сформировал вопрос о появлении тенденции к вытеснению независимых магазинов крупными операторами, в том числе транснациональными ритейлерами. Решить обе эти проблемы и должен был Закон о торговле, который начал разрабатываться в данном министерстве. Иными словами, здесь превалировала индустриальная логика обоснования государственного регулирования, основанная на идее защиты отдельных групп участников рынка.

«Появление и быстрое развитие новых форматов торговли, а также явный интерес к нашему рынку со стороны крупных иностранных сетей приводят к возникновению системных противоречий и конфликтов в отрасли. Во-первых, наблюдается конфликт с малым бизнесом, т. е. с небольшими магазинами, которые вытесняются из сферы торговли с приходом сетевой розницы…Второй конфликт, который мы наблюдаем, это адаптация российских производителей к требованиям сетевой торговли…Кроме того, поставщики сталкиваются с дискриминацией, требованиями бонусов за “вход на полку”, с жесткой ценовой политикой со стороны современной торговли» (представитель Министерства экономического развития и торговли, октябрь 2006 г.).

В 2008 г. передача сферы торговли из компетенции МЭРТ в Минпромторг отложила принятие рассматриваемого закона на неопределенную перспективу, так как представители последнего оценивали его крайне скептически. По их мнению, отношения ритейлеров и их поставщиков выстраиваются на основе обычного экономического механизма заключения договоров, а государственное регулирование торговой деятельности может привести скорее к негативным, нежели к позитивным последствиям (например, к возникновению дефицита отдельных категорий товаров и образованию очередей за ними в торговых сетях). «Поставщик может предлагать меньшие премии за наиболее продаваемые товары и большие – за новый ассортимент. Это нормальный экономический механизм. Мы не видим в этом никаких рисков ни для ритейлеров, ни для поставщиков» (представитель Министерства промышленности и торговли, июнь 2010 г.). Очевидно, что здесь превалировала рыночная логика обоснования необходимости принятия Закона о торговле, основанная на идее обеспечения нормальной работы рынков, однако имели место и элементы гражданской логики, отсылающие к заботе о конечных потребителях.