В общем, если бы Сергей Михайлович сразу заявил Коджону, что просит руки его дочери Мэй, тот бы за волосы притащил её и бросил к ногам просителя со словами: «Забирай ради Неба, я тебе ещё и приданого за неё дам, хошь злата, хошь серебра». Но пойти против устоев корейского дворянского общества император не мог даже в своем дворце. Поэтому пришлось ждать три недели, пока случится какой-то корейский праздник, на котором Мэй могла присутствовать в обществе посторонних мужчин. На этом празднике произошло выяснение отношений между влюбленным и объектом его воздыхания.
Судя по новости, вопрос решился положительно. Да и не было у Мэй другого выхода, чтобы вырваться из золотой клетки, в которую она попала. Откуда я это всё знаю? Так ведь первая детская любовь остаётся на всю жизнь. Ты уже не будешь помнить, как выглядела та девочка, в которую ты был влюблён, но память о тех чувствах и переживаниях будет в душе, пока живёшь. Поэтому не мог я дальнейшую судьбу Мэй оставить без внимания и не использовать своё служебное положение.
Доклады от Павлова периодически приходили в Аналитический центр и ложились на мой стол. Так что о тяжёлом с моральной точки зрения положении Мэй, несмотря на ранг дочери императора, я узнал давно.
В Корее мужчинам в это время разрешается иметь вторых жён помимо первой жены, а также наложниц. Считается, что быть второй женой или наложницей дворянина лучше, так как выше по социальной лестнице, чем быть простолюдинкой, но их дети остаются незаконнорождёнными и лишены каких-либо прав янбан.
Первые жены и законные дети дворян обычно презирают этих женщин и их отпрысков, таких вот корейских Золушек. И такие же порядки царили и царят в императорском дворце. Представляю, что испытывала Мэй, выросшая в совершенно другой обстановке, попав на закрытую женскую половину «Дворца лучезарного сияющего счастья» с её-то привычками, знаниями и умениями. Тем более, по сообщениям Павлова, после первой встречи с дочерью император больше с ней ни разу не виделся, как и его сыновья.
Про Ли Джунг Хи посол сообщил, что тот принят на должность придворного лекаря, но доступа к телу императора не имеет. Обитает где-то во дворце и чем-то занимается.
«Так что счастья тебе, Мэй. Надеюсь, что Сергей Михайлович будет тебе хорошим мужем. А жить в России тебе понравится больше, чем в Китае и Японии. Надо будет Сергея Михайловича попросить, чтобы он старика Ли также с собой забрал. Я его в своём имении поселю», – подумал я, поднимая рюмку с ликёром вслед за Сандро и регентом.
Шестидесятидвухлетний Александр Иванович Манташев стоял на высоком, скалистом берегу Куры рядом со стеной храма Метехи и смотрел на мутные и стремительные воды реки. Именно на это место в Тифлисе он любил приходить ещё ребёнком, несмотря на то что старый храм окружали тюремные бараки и казармы казачьего полка.
В 1819 году по приказу кавказского главнокомандующего генерала Ермолова крепостные стены вокруг храма были разрушены, на освободившейся территории были возведены тюремные здания, а затем и казармы. Но среди них выделялись высокие стены древнего храма, построенного ещё в пятом веке.
Здесь была захоронена святая Шушшаник, почитаемая как мученица Грузинской православной и Армянской апостольской церквей. В этом храме молилась царица Тамара Великая и другие цари династии Багратионов. Простота и святость храма привлекали маленького мальчика с детства, как и открывающийся вид с высокого берега Куры.
Приезжая в Тифлис, Манташев всегда приходил сюда, чтобы помолиться и подумать, стоя на берегу реки. А подумать в феврале 1905 года ему было о чём. Теперь он не маленький мальчик, а хозяин и председатель совета Тифлисского коммерческого банка, акционер компаний «Братья Нобели», «А. Цатуров и др.», «Бранобель», «И. Е. Питоев и К°», Русского банка для внешней торговли и Азовско-Донского коммерческого банка, член правления Товарищества нефтяного производства «Лианозова Г. М. сыновей», основатель, хозяин и председатель правления «А. И. Манташев и К°», коммерции советник, кавалер ордена Почетного Легиона за построенную армяно-григорианскую церковь в Париже и кавалер орденов Святого Станислава и Святой Анны 3-й степени. Российские ордена пожалованы за открытие нефти и развитие нефтяных, а также железнодорожных концессий в Персии.
Боже, как проклинал Манташев тот летний день 1902 года, когда за ним приехал «чёрный воронок» и «чёрные ангелы» быстро доставили его в Гатчину пред очи царского пса Аленина-Зейского. Тот оказался вполне вменяемым человеком, очень неплохо знакомым с процессом добычи и переработки нефти, торговли полученными углеводородами, а также прекрасно знающим о многих прегрешениях господина Манташева на этом поприще.
