3. Человек, вступивший в ПНБ(д), автоматически выбывает из нее, ибо он становится членом партии, что несовместимо с ее идеей.
74а. Для создания партийной (т. е. антипартийной) ячейки достаточны два (и более) человека, в доброй беседе коротающие время за столом.
74б. Стол может быть условным (ящик, подоконник, стиральная машина), на котором стоит любой неразбавленный напиток (включая воду). Наивные беспартийные поддерживают отечественного производителя, но не обижаются, если вступающая сторона предложит чачу, горилку, бурбон, паленку, шнапс, сливянку (какая гадость!), кальвадос, виски, граппу, текилу, джин, молт, коньяк, скотч, кирш. На условном столе должен также лежать помидор – символ ПНБ(д), о котором – в статье 114.
74 в. При приеме в ячейку женщины, как во время исполнения гимна, все встают.
12. Ячейка распускается после: окончания застолья, завершения тихой беседы, приезда машины ПМГ для развоза гостей, а также когда партийный (антипартийный) лозунг «Ты меня уважаешь!» обретает в конце вопросительный знак.
5. Каждый вновь принятый в ПНБ(д) накануне имеет право не ранее следующего дня образовать и тут же распустить новую ячейку.
97. Протекционизм осуждается ПНБ(д), но является единственным способом ее расширения.
«Вот мой друг. Он достойный человек!» – такая рекомендация считается тавтологией, которую ПНБ(д) не поощряет. Одна фраза подразумевает другую. А впрочем, как хочешь. Может, приятель по партии глуховат.
62а. Партия наивных беспартийных выступает за тесное сотрудничество с властью в деле оплаты квартир (у кого на это есть средства), телефона (у кого есть телефон) и проездных билетов. Не осуждает протестный проезд зайцем.
К лести и славословию в адрес любого начальства, если они очевидно чрезмерны и не вредят ничему, кроме репутации
Был в Киеве театральный режиссер Сумароков. Еще из тех. Ходил в пенсне и бабочке и с палочкой для форса. Играл на бегах и заказывал между заездами
Однажды в театре происходило собрание с участием председателя президиума Верховного Совета республики Ковпака, и Сумароков как практический антрепренер старой школы (что и нынешним удается – без изящества, впрочем), желая наладить с властью добрейшие отношения, высказался не без политеса: «Театр благодарит за добрые намерения вас, глубокоуважаемый Сидор Артемович, правительство и, разумеется, совершенно очаровательную Коммунистическую партию большевиков».
– Вы бы хоть рот перекрестили, – сказала ему Валерия Францевна.
– Я не член партии, – отвечал ей Александр Александрович, – чтобы держать кукиш в кармане. Я все им бросаю в лицо!
Уже первое знакомство с избранными статьями показывает жизнелюбивость, честность и дружелюбие организации. У нас нет идолов и героев, основоположников и последователей, нам некого благодарить, кроме Бога, родителей, друзей и любящих (любимых) женщин (мужчин).
Нам даже некого повесить в виде портрета на манер Маркса – Путина…