Вторая передача в значительно большей степени, чем первая, склонила массу избирателей к поддержке Рейгана. Она получила ряд премий в области рекламы и агитации и была высоко оценена политиками и политологами. Известный республиканский стратег Дэн Шнур так оценил эту работу Райни: «Большинство политических реклам бьет зрителей прямо по голове, тогда как его работа производит столь же сильное впечатление, но в менее конфронтационном и более гладком стиле»[543]. Журнал «Тайм» через три десятилетия отнес эту рекламную передачу к десяти самым выдающимся рекламам во всей истории США. «Смысл был простой, патриотический и вдохновенный. Трудно было посмотреть это видео и не поддержать кандидата; вот почему это была одна из самых мощных рекламных кампаний во все времена»[544].
Рональд Уилсон Рейган, 40-й президент США
Советник по национальной безопасности Джон Пойндекстер
Министр обороны Каспар Вейнбергер
Нэнси Рейган провозглашает войну против наркомании
Директор ЦРУ Уильям Кейси
Рейган объявил о своем намерении переизбираться на второй президентский срок
Первые дебаты Рейгана и Мондейла.
Официальный портрет президента.
На конной прогулке с королевой Великобритании Елизаветой II
С Маргарет Тэтчер в ее резиденции
С римским папой Иоанном Павлом II
Рейган принимает бежавшего на Запад резидента советской разведки в Лондоне О. Гордиевского
Журнал «Тайм» объявил Рейгана и Андропова людьми года.
Рейган в посольстве СССР делает запись в книге соболезнований по случаю смерти Ю. В. Андропова
Рейган и Горбачев беседуют у камина.
Встреча в Рейкьявике.
Рейган у Берлинской стены произносит свою знаменитую речь.
Рейган и Горбачев на фоне фрагмента Берлинской стены.
Встреча Горбачева в Белом доме.
Прием в Белом доме в честь супругов Горбачевых
Прогулка по лужайкам Белого дома
Рейган и Горбачев подписывают договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности
С Горбачевым перед собором Василия Блаженного в Москве.
Рейган с женой на одной из улиц Москвы
Лекция в Московском университете
Никарагуанские контрас
Рейган принимает доклад комиссии Тауэра по делу «Иран-контрас»
С женой перед уходом с президентского поста
Вход в Библиотеку Рональда Рейгана
Письмо Рейгана к нации с информацией о том, что он страдает болезнью Альцгеймера
Могила Рональда Рейгана
Рейган дважды встретился с Мондейлом в телевизионных дебатах. Организатором диспутов являлась «Организация женщин-избирательниц», а первую встречу проводила (уже в четвертый раз за свою профессиональную карьеру) журналистка программы «Новости Эй-би-си» Барбара Уолтерс, которая стала уже мастером-«модератором» такого рода столкновений. Во встрече участвовали также журналисты, которые задавали вопросы кандидатам.
Первая встреча состоялась 7 октября в Центре искусств города Луисвилл, штат Кентукки[545].
Во время дебатов Рейгану пришлось нелегко как по объективным, так и субъективным причинам. Главная проблема состояла в том, что, имея в виду намеченную вторую встречу, на первой внимание было сосредоточено на внутренних, главным образом экономических проблемах, которые во время первого президентства Рональда разрешить не удалось. На весьма ехидные вопросы Мондейла, а также журналистов Рейган отвечал, как всегда, в самой общей форме. Экономические неудачи он относил к объективным обстоятельствам, ошибок и просчетов администрации не признавал, утверждал, что на второй свой срок обладает единым планом хозяйственного возрождения страны.
Согласно регламенту перед встречей был брошен простейший «жребий первенства»: монета дала право Мондейлу первому ставить вопрос и первому выступить с подведением итогов. Это дало ему некоторые преимущества, которые, впрочем, многими были признаны кажущимися.
Кроме того, Рейган, видимо, понадеялся на свою память и опытность. Скорее всего к дебатам он серьезно не готовился. Сказалась и предвыборная усталость: при всей энергии и боевом настрое республиканского кандидата не следовало сбрасывать со счетов его возраст.
Поэтому некоторые его ответы звучали невпопад, и почти все они давались без конкретных примеров, к которым он был обычно склонен, а также почти без цифр. Кроме того, Рональд допустил несколько мелких неточностей, за которые ухватились оппоненты. Он произнес «здесь, в Вашингтоне», хотя дебаты происходили в другом городе. Воинскую униформу назвал просто одеждой, причем употребил слово wardrobe, которым обычно обозначают платяной шкаф, а по отношению к одежде употребляют только в просторечье (по аналогии с русским словом «гардероб»). Все это были мелочи, на которые разумные люди не обратили внимания, но их было достаточно для откровенно враждебных комментаторов, чтобы позволить себе намеки на состояние рассудка кандидата и даже на старческий маразм.
