Дуся с детьми хлопотала возле опять улегшегося Степана. Ферапонт со товарищи находились в состоянии глубокого отрубона и, только крол в клетке на одной из телег, забив на непонятно чем занимающихся двуногих, принялся за то, для чего и был предназначен — вовсю «окучивал» очередную крольчиху. Рано, же ему, блин… Ну а, что теперь?! За уши, что ли оттаскивать?
Однако, что-то я устал! Счас свяжу этих мокроделов-неудачников и, домой в своё время — спать… Связал я их следующим хитрым способом: сначала связал руки и ноги, потом верёвкой стянул ноги и руки за спиной друг к другу, так, что они оказались натянутыми, как луки… Этот способ я где-то в интернете видел. Полезная вещь, этот интернет! Много в нём всего полезного…
Из гуманных соображений Первому из Молодцов связал и стянул только левую руку и правую ногу, по диагонали, повреждённые конечности трогать не стал… Я ж, не зверь какой!
Не забыть бы серебришко и немного золотишка из двух кладов в тайник положить.
…Перейдя в своё время, первым делом — как отдышался и в себя пришёл, кинулся проверять, нет ли изменений в истории. Сверил специальной программой информацию на ноутбуке, оставленного в моём времени, с информацией, записанной на флешку, которую я брал с собой в прошлое…
…Слава Богу, никаких видимых изменений нет. Вот только, инфа о том кладе исчезла из ноутбука. Дааа… Жалко, конечно тех рыбаков. Интересно, как не нахождение того клада изменило их судьбу? Надо бы не забыть и не полениться, проверить.
Выспавшись и отъевшись, отдохнув и отлюбив, я хорошо подготовился, обдумал свои дальнейшие действия, и — прихватив кое-что, вечером снова отправился в прошлое.
В этот раз я был уже в костюме девятнадцатого века, в так называемом «спортивном» — предназначенным для активной физической деятельности знати. Слегка осовремененный, конечно. Мне он, кстати, больше всех из пошитых в театральном ателье, нравился.
Кроме того, чтоб пустить пыль в глаза… Тут то — в девятнадцатом веке, ещё больше встречают по одёжке! Я надел все свои цацки: на левом запястье — золотые часы «Полёт», на груди — охренеть, какой золотой крест на, офигеть можно, какой цепочке… Ну, про «болт» на пальце и прочие булавки-запонки, я уже и не говорю!
Ну, во дворе Лузеров всё «по-старому»: то есть полный бардак. Моё появление, в «цацках», произвело непередаваемое впечатление: Дуня что-то выронила, дети поразевали рты, а сам Лузер при моём приближении попытался встать.
— Лежи, лежи Степан, не вставай! — и, Дуне, — у него сотрясение мозга. Несколько дней должен лежать… Понятно? Иначе можешь вдовой остаться…
Ну, впрочем, это я преувеличиваю. Внешний осмотр показал, что в принципе, слава Богу, ничего страшного… Отлежится. Я ж, на скорой два года санитаром подрабатывал, кое в чём наблатыкался…
Степан показывая рукой на обломки собственной оглобли, улыбаясь, проинформировал:
— Надо, же… Как чуял! Трещина, то на оглобле — ещё с той осени была! Всё хотел новую сделать, да как-то всё… Ну, как чуял!
Понятно, повезло — иногда и, собственное раздолбайство впрок идёт! Ещё по армии понял… Ему повезло, по ходу — что добивать не стали, кинувшись грабить. Ну, везунчик! Чужая жадность, всё же больше пользы приносит, чем даже собственное раздолбайство — это однозначно!
Пока положили Степана на старенький тулупчик у стены, мне он во время «допроса», как консультант может понадобиться. Громосеку мы с Дуней перетащили в дом.
Пока Дуня с детьми наводила хоть какой-то порядок во дворе, приступил к осмотру обвиняемых-потерпевших. Однако, потерпели они…
В более-менее приличном состоянии находился один Миротворец. Он, кстати, уже в памяти, начнём с него. Развязав, я раздел его до пояса… Ага. Точно, ребро ему Степан сломал, а я ещё добавил. Разорвав его же рубаху на полосы, я крепко — заставив выдохнуть, перебинтовал ему грудную клетку.
— Нормально! Жить будешь… Возможно, даже — долго. Если конечно, не помрёшь на днях…
Обнадёжив такими словами пациента, я перешёл к следующему. Это Первый… Тоже, вроде, приходит в сознание. Развязал… Осмотрел первым делом его ногу:
— Ну, бегать и скакать ты уже не будешь, но шкандылять потихонечку — вполне! Где-то месяца через три…
А, что с его рукой? …Ну, с рукой полегче:
— Рука, фигня, заживёт… Главное, ты топором ею поменьше махай — а, то вообще оторваться может!
Наложим шины из подручных материалов на ногу и руку… Первый Из Молодцов во время процедуры несколько раз вскрикнул:
— Что, больно? Ну, извини, обезболивающее я тебе колоть не буду… Ты же меня без обезболивающего зарубить собирался? Так? Так! Ну и, не обессудь…
Опять отключился. Ну, ни чё… Очухается — куда он денется!
