Коновалом — фельдшером то бишь, вообще нахвастаться не могли… Он тут уже успел отличиться, вправив несколько вывихов, зашив несколько рванных порезов и, вырвав нескольким бедолагам зубы, применяя своеобразную анестезию:
— Прикинь, Вован, — прикалывался Мозгаклюй, — он так пациентов запугивает, что те даже пикнуть боятся — любую боль терпят! Очень интересный психологический тип, сейчас вплотную с ним работаю…
— А, как основная работа? Как развивающие игры?
— Всё на полной мази…, — и, Женька дал полный отчёт.
Мозгаклюй не был бы Мозгаклюем, если бы не нашёл тех, кто будет пахать за него: в каждой возрастной категории он нашёл заводилу, грамотно тех морально и материально мотивировал, наскоро обучил, преподал несколько приёмов и те, сейчас увлечённо возились со сверстниками, играя в развивающие игры. Сам же Женька, только ходит контролирует — великолепный пример эффективного менеджмента!
Старшей над ними он поставил Настю… Ну, ту что Воробушек — из детского приюта. Которую, я ещё отшлёпать запланировал, как подрастёт…
— У девчонки явный педагогический талант. Клянусь могилой Зигмунда Фрейда! Эх! К ней бы толкового наставника, типа Макаренко…
— Ты уж молчи про Макаренко, не порть настроения…
Сам Мозгаклюй — естественно, следит за процессом, контролирует… Молодец! Не пустил всё на самотёк! Ну и, «квалификацию» «заводилам» повышает — образовал нечто вроде педагогических курсов.
— Везёт же некоторым…, — с жгучей завистью произнёс Боня. Не понятно, прикалывается или, и вправду завидует…, — лучше всех устроился! «Проедется» с утра по ушам доверчивым детишкам и, на целый день в посёлок сваливает.
Громосека тоже, неодобрительно, посмотрел на Мозгаклюя… Ну, Мозгаклюй такой… К нему привыкнуть надо. И, переболеть!
— Не совсем так…, — спокойно парировал Женька, — в посёлке я тоже делом занят…
— Каким же? Тоже «кадры куёшь»? — спрашиваю чисто для порядка.
— Бывает и, «кую» — не рукоблудствовать же…, — согласился Женька, — но, в основном с людьми беседую, психологические портреты составляю… Ты, же в основном для этого меня сюда взял? Не для того же, чтоб я канал лопатой копал?
— Конечно, конечно… Не обращай внимание на шутки товарищей! Так, что же ты там «накопал»? Какие «психологические портреты»?
— А, вот — целая общая тетрадочка, — Женька невозмутимо протянул мне пухлую общую тетрадь, — ну, начнём с главного, с Лузера… Это типичный сельский староста. Хороший, надо сказать староста — но не более того. Для той роли — главы крупного населённого пункта, твоего здесь заместителя, когда ты в отъезде — он психологически не годится. Он и, сейчас весь в запарках, а когда население приблизится к пяти — десяти тысячам, вообще зашьётся. Да к тому же — он малограмотен. А, учить его без толку — староват уже, мозги высохли…
— А я и, не думал, что из него выйдет новый Лужков… Или, кто там у вас? Собянин? — я посмотрел на Боню, — ему нужен грамотный зам…
— Не, не, не… Пока делать мне нечего — помогу, чем смогу. А, потом — летом, на меня не рассчитывайте, — замахал руками тот, — я только на районного агронома подписывался!
— Нужен грамотный администратор…, — продолжил Мозгаклюй, — причём, по менталитету для того — что ты здесь замутить хочешь, «местные» не годятся… Не тот уровень, понимаешь! Надо кого-то от «нас».
Общаясь с «местными» я и, сам — уже давно пришёл к такому же выводу… Да где, ж его, «от нас» взять?
— …Ладно, будем искать…, — вздохнул я, — что по Ферапонту скажешь? Часто заезжает?
— Раз в неделю — в две, почти обязательно бывает…, — подумав, ответил Женька, — на день, а то и на два. А когда приезжал, чтоб лавку открыть так, вообще — почти неделю жил у одной вдовушки из столовой.
— Что за приказчик у него в лавке? Не слишком жуликоватый?
— Да, вроде адекватный… Но, естественно, шпионить Ферапонтом приставлен. Не, страшно… Я его уже в оборот взял — будет шпионить в нужную нам сторону.
— Сам Ферапонт, чё? Подружились?
Боня с Громосекой прыснули, сам Мозгаклюй сидел с каменным, как памятник на могиле, лицом. Была, по ходу, какая-то история…
— Подружились, подружились… Как ты заказывал, — Мозгаклюй избегал смотреть в сторону Бони с Громосекой… По ходу, история была связана с водкой и бабами…, — после звездюлин, что ты ему выписал, страшно тебя уважает… От слова «страшно», понимаешь? Тут, вообще, народ очень простой: кого боятся, того и уважают — твоего Неберию, например.
— А, он чё? Неберия, мой?
— Своему «ГУЛАГУ» соответствует… На большее, ни на что не годится.
— А, большего с него никто и, не требует… А, попозже подтянем Бугра.
— Ну, остальные взрослые примерно, такого же уровня — ничего интересного, короче, — продолжил Женька, — а, вот по детишкам… Тут, гораздо интереснее.
Женька снова отобрал у меня свою тетрадку, открыл нужную страницу и показал:
— Вот у этих, определённо есть задатки лидеров… Стоит обратить особое внимание!
Перелистнул страницу:
— Эти вот, по точным наукам угорают: математики там, физики… Эти, вот, технари… Руки, обещают быть золотыми, но познаний в высшей математике от них требовать не стоит…
